Избрание М.С.Горбачева Генеральным секретарём ЦК КПСС было блестящей спецоперацией. Когда горбачев был избран генеральным секретарем цк кпсс


Михаил Сергеевич Горбачев, генеральный секретарь ЦК КПСС, президент СССР (родился в 1931 г.)

Михаил Сергеевич Горбачев, генеральный секретарь ЦК КПСС, президент СССР

(родился в 1931 г.)

Михаил Сергеевич Горбачев – наверное, один из самых популярных сегодня на Западе российских граждан и одна из наиболее противоречивых фигур в общественном мнении внутри страны. Его называют и великим реформатором, и могильщиком великой державы – Советского Союза.

Горбачев родился 2 марта 1931 года в селе Привольное Красногвардейского района Ставропольского края, в крестьянской семье. В Великую Отечественную четыре с половиной месяца пришлось пожить под немецкой оккупацией. В Привольном стоял украинский (или казачий) отряд, и репрессий против жителей не было. Пребывание на оккупированной территории никак не затруднило его последующую карьеру. В 1948 г. он вместе с отцом работал на комбайне и за успехи в уборке урожая получил орден Трудового Красного Знамени. В 1950 году Горбачев окончил школу с серебряной медалью и поступил в Московский университет на юридический факультет. Как признавался потом: «Что такое юриспруденция и право, я представлял себе тогда довольно туманно. Но положение судьи или прокурора мне импонировало».

Жил Горбачев в общежитии, едва сводил концы с концами, хотя одно время получал повышенную стипендию как отличник учебы, был комсомольским активистом. В 1952 году Горбачев стал членом партии. Однажды в клубе он познакомился со студенткой философского факультета Раисой Титаренко. В сентябре 1953 года они поженились, а 7 ноября сыграли комсомольскую свадьбу.

Горбачев окончил МГУ в 1955 году и как секретарь комсомольской организации факультета добился распределения в Прокуратуру СССР. Однако как раз тогда правительство приняло закрытое постановление, запрещавшее принимать на работу в центральные органы суда и прокуратуры выпускников юридических вузов. Хрущев и его соратники сочли, что одной из причин репрессий 30?х годов было засилье молодых неопытных прокуроров и судей, готовых выполнять любые указания руководства. Так Горбачев, у которого два деда пострадали от репрессий, неожиданно стал жертвой борьбы с последствиями культа личности. Он вернулся на Ставрополье и решил не связываться с прокуратурой, а устроился в крайком комсомола на должность заместителя заведующего отделом агитации и пропаганды. В 1961 году он стал первым секретарем крайкома ВЛКСМ, в следующем году перешел на партийную работу, к 1966 году дорос до первого секретаря Ставропольского горкома, заочно окончил местный сельхозинститут (диплом специалиста-агрария был полезен для продвижения в сельскохозяйственном по преимуществу Ставрополье). 10 апреля 1970 года Горбачев стал первым секретарем коммунистов «овечьего края». Знавший Горбачева по работе в крайкоме Анатолий Коробейников свидетельствует: «Еще на Ставрополье он говорил мне, подчеркивая свое трудолюбие: не только головой, а и задницей можно сделать что-либо путное… Работая, что называется, “без передыха”, Горбачев и ближайших своих помощников заставлял трудиться в таком же режиме. Но “погонял” он только тех, кто вез этот воз, с другими ему возиться было некогда». Уже в ту пору проявился основной недостаток будущего реформатора: привыкший трудиться день и ночь, он зачастую не мог добиться, чтобы подчиненные добросовестно выполняли его распоряжения и претворяли в жизнь масштабные замыслы.

В 1971 году Горбачев стал членом ЦК КПСС. Для дальнейшей карьеры Горбачева существенную роль сыграли два обстоятельства. Во-первых, его относительная молодость в момент прихода в высшую партийную номенклатуру: Горбачев стал первым секретарем крайкома в 39 лет. Во-вторых, наличие в Ставрополье курортов Кавказских Минеральных Вод, куда часто приезжали лечиться и отдыхать члены Политбюро. Особенно любил эти места глава КГБ Юрий Владимирович Андропов, который сам был родом из Ставрополья и страдал болезнью почек и диабетом. Горбачев очень хорошо принимал партийных начальников и тем запомнился им с самой лучшей стороны. Не исключено, что предварительно вопрос о выдвижении Горбачева в Москву был решен 19 сентября 1978 года, когда на станции Минеральные Воды встретились генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев, ехавший поездом в Баку из Москвы, секретарь ЦК КПСС Константин Устинович Черненко, ведавший партийной канцелярией, Ю.В. Андропов и Горбачев. Как раз в июле, после смерти Федора Давидовича Кулакова, стала вакантной должность секретаря по сельскому хозяйству, на которую и был назначен Горбачев. Его выдвижению способствовали Андропов и Черненко. В 1979 году Горбачев стал кандидатом в члены, а в 1980 году – членом Политбюро ЦК КПСС. Сам по себе пост секретаря по сельскому хозяйству в ЦК был штрафным. Как известно, сельское хозяйство в СССР находилось постоянно в кризисе, что партийная пропаганда старалась объяснить «неблагоприятными погодными условиями». Поэтому с поста секретаря по сельскому хозяйству, равно как и с соответствующего министерского поста, чаще всего отправлялись либо послом в какую-нибудь второстепенную страну, или прямо на пенсию. Но у Горбачева было огромное преимущество. В 1980 году ему было всего 49 лет, и он являлся самым молодым членом Политбюро, средний возраст которых давно перевалил за 60. И Андропов, и Черненко, и сам Брежнев уже в тот момент смотрели на Горбачева как на будущего главу партии и государства, но только после себя.

Когда умер Брежнев в ноябре 1982 года, его сменил Андропов, а «кронпринцем» – вторым человеком в партии, занявшим пост второго секретаря, отвечавшего за идеологию и председательствовавшего на заседаниях секретариата ЦК, стал Черненко. Но болезнь Андропова оказалась скоротечнее, чем у Черненко, который и стал генеральным секретарем в феврале 1984 года. Горбачев же плавно переместился на пост второго секретаря. Когда осенью 1984 года состояние здоровья Черненко значительно ухудшилось, Горбачев фактически исполнял его обязанности.

В марте 1985 года, после смерти К.У. Черненко, Горбачев был избран Генеральным секретарем ЦК КПСС. В первые месяцы и даже годы у власти взгляды Горбачева принципиально не отличались от взглядов коллег по Политбюро. Он даже собирался к 40?летию победы переименовать Волгоград в Сталинград, но идея была оставлена из-за явной одиозности, особенно для международного общественного мнения.

На апрельском 1985 года пленуме ЦК Горбачев провозгласил курс на перестройку и ускорение развития страны. Сами эти термины, появившиеся еще в последние месяцы жизни Черненко, получили широкое распространение только в следующем году, после прошедшего в феврале 1986 года. ХХVII съезда КПСС. Одним из условий успеха преобразований Горбачев назвал гласность. Это была еще не полноценная свобода слова, но хотя бы возможность говорить о недостатках и язвах общества в печати, правда, не затрагивая членов Политбюро. Ясного плана реформ новый генеральный секретарь не имел. У Горбачева была только память о хрущевской «оттепели», в самом начале восхождения на партийный Олимп. Была также вера, что призывы руководителей, если руководители честны, а призывы правильны, в рамках существующей административно-командной (или партийно-государственной) системы могут дойти до рядовых исполнителей и изменить жизнь к лучшему. Вероятно, Михаил Сергеевич надеялся, что, оставаясь лидером социалистической страны, можно завоевать уважение в мире, основанное не на страхе, а на признательности за разумную политику, за отказ от оправдания тоталитарного прошлого. Он верил, что должно восторжествовать новое политическое мышление. Под таким мышлением Горбачев понимал признание приоритета общечеловеческих ценностей над классовыми и национальными, необходимость объединения всех народов и государств для совместного решения глобальных проблем, стоящих перед человечеством. Но все преобразования Михаил Сергеевич вел под лозунгом «Больше демократии, больше социализма». Вот только понимание социализма у него постепенно менялось.

Как раз в мае 1985 года он впервые открыто признал снижение темпов роста советской экономики и провозгласил курс на перестройку и ускорение. Побывав с визитами на Западе и убедившись, что там народ живет на порядок лучше, чем в СССР, новый генсек решил, что можно ввести ряд западных ценностей и Советский Союз наконец-то догонит Америку и другие западные государства по уровню жизни. Поколение Брежнева – Андропова – Черненко было отправлено на пенсию, его сменили люди поколения Горбачева. Недаром перестройку позднее назвали революцией вторых секретарей против первых. Молодежь, засидевшаяся во втором эшелоне номенклатуры, решительно требовала себе места под солнцем. Массовая «смена караула», вроде той, что произвел Сталин в 1937–1938 годах, может пройти сравнительно безболезненно для ее архитекторов (но не для жертв) только в отлаженной тоталитарной системе. Горбачев же параллельно производил реформирование системы и смену властной верхушки. В результате возможности гласности стали использоваться для критики находящихся еще у власти чиновников. Этот метод использовал и сам Горбачев, чтобы быстрее освободиться от консерваторов.

Генсек не ожидал, что гласность, вырвавшись из-под контроля, приведет к началу неуправляемых политических процессов в обществе. Горбачев все больше склонялся к социал-демократической модели. Академик Станислав Шаталин утверждал, что в период обсуждения программы «500 дней» ему удалось превратить генсека в убежденного меньшевика. Однако Горбачев отказывался от коммунистических догм слишком медленно, только под влиянием становившегося все более антикоммунистическим настроения общества. В отличие от гласности, где достаточно было распорядиться ослабить, а под конец фактически отменить цензуру, остальные начинания, вроде нашумевшей антиалкогольной кампании, представлявшие собой сочетание административного принуждения с пропагандой, принесли больше вреда, чем пользы. В конце своего правления Горбачев, став президентом, пытался опираться уже не на партийный аппарат, как предшественники, а на правительство и команду помощников. Поражение Горбачева в схватке с Ельциным, опиравшимся на «мнение народное», было предопределено.

Бывший президент США Ричард Никсон, впервые встретившийся с Горбачевым в 1986 году, вспоминал: «Во время первой встречи с Горбачевым на меня произвели сильное впечатление его обаяние, интеллект, решительность. Но больше всего запомнилась его самоуверенность… Горбачев знал, что Советский Союз превосходит Соединенные Штаты в самом мощном и точном стратегическом оружии – межконтинентальных ракетах наземного базирования. В отличие от Хрущева и Брежнева он был настолько уверен в своих силах, что не боялся признаваться и в своих слабостях. Мне он показался таким же твердым, как Брежнев, но более образованным, более подготовленным, более умелым и не настолько откровенно проталкивающим какую-то идею». При этом Горбачев, похоже, еще не догадывался, что советское преимущество в наземных МБР не стоит ничего. Ведь США прекратили с конца 60?х годов масштабное количественное наращивание ракетно-ядерного потенциала, ограничившись его качественным совершенствованием. Ведь гарантированное уничтожение потенциального противника было уже давно достигнуто, и было совершенно неважно, могут ли быть СССР или США уничтожены 10 или 15 раз.

Горбачев, пытаясь реформировать советское общество, решил пойти не по пути создания и принятия новой конституции, а улучшить старую за счет внесения в нее принципиальных поправок. 1 декабря 1988 года Верховный Совет СССР одобрил законы «Об изменениях и дополнениях к Конституции (Основному Закону) СССР» и «О выборах народных депутатов СССР». Высшим органом власти объявлялся Съезд народных депутатов СССР, дважды в год собиравшийся на сессии. Из своего состава Съезд избирал Верховный Совет, подобно западным парламентам работавший на постоянной основе. Впервые в советской истории допускалось выдвижение на выборах альтернативных кандидатур. В то же время значительная часть депутатов Съезда (одна треть) не избиралась по мажоритарным (территориальным) избирательным округам, а фактически назначалась от имени КПСС, профсоюзов и общественных организаций. Формально считалось, что в рамках этих организаций и объединений депутатов выбирают, но на самом деле и профсоюзы, и подавляющее большинство общественных организаций находились под контролем компартии и в основном послали на Съезд угодных ее руководству людей. Впрочем, бывали исключения. Так, от Академии наук СССР депутатом после долгой борьбы выбрали известного диссидента академика Андрея Сахарова. Немало оппозиционных депутатов прошло на съезд и по квотам творческих союзов. В то же время многие секретари обкомов КПСС проиграли выборы по мажоритарным округам.

Горбачев также постепенно открыл возможности для частной собственности и предпринимательской деятельности. В 1988–1990 годах было разрешено создание кооперативов в торговле и сфере услуг, а также малых и совместных промышленных предприятий и коммерческих банков. Часто предпринимателями и банкирами становились представители партийной и комсомольской номенклатуры, представлявшие более молодое поколение, и бывшие офицеры КГБ и других спецслужб.

В 1988–1989 годах Горбачев вывел советские войска из Афганистана. В 1989 году антикоммунистические революции в Восточной Европе смели там просоветские режимы. С его приходом к власти начался ускоренный процесс нормализации отношений с Западом и завершения «холодной войны». Содержать гигантскую армию (фактически по нормам военного времени) больше не было никакой нужды. В 1989 году был издан указ Президиума Верховного Совета «О сокращении Вооруженных Сил СССР и расходов на оборону в течение 1989–1990 гг.». Срок службы уменьшили до полутора лет в армии и до 2 лет на флоте и сократили численность личного состава и вооружений.

В 1989 году Горбачев разрешил первые в СССР парламентские выборы с альтернативными кандидатами. В том же году он был избран председателем Президиума Верховного Совета СССР. В марте 1990 года Съезд народных депутатов СССР, единственный орган власти, наделенный правом изменять конституцию, отменил ее 6?ю статью, говорившую о руководящей роли КПСС в советском обществе. Одновременно был введен пост Президента СССР – главы Советского государства. Горбачев был избран первым президентом СССР Съездом народных депутатов СССР на безальтернативной основе. Он стал сосредотачивать основную власть в рамках президентской, а не партийной структуры, в качестве президента подчинив себе Кабинет министров СССР. Однако он так и не смог создать в рамках Советского Союза жизнеспособного механизма исполнительной власти, не зависимого от партийного аппарата. В декабре 1990 г. на IV Съезде народных депутатов СССР полномочия президента были значительно расширены. Глава государства получил право не только назначать премьер-министра, но и непосредственно руководить деятельностью правительства, преобразованного в Кабинет министров. При президенте были созданы как постоянно действующие органы Совет Федерации и Совет безопасности, выполнявшие в основном консультативные функции. Совет Федерации, состоявший из глав союзных республик, координировал деятельность высших органов государственного управления Союза и республик, наблюдал за соблюдением Союзного договора, обеспечивал участие республик в решении вопросов общесоюзного значения и призван был содействовать урегулированию межнациональных конфликтов в СССР, а также все нараставших конфликтов между республиками и союзным центром. Все эти конституционные изменения означали превращение СССР в президентскую республику, где президент реально получил все те полномочия, которыми ранее обладал генеральный секретарь (этот пост Горбачев сохранил и будучи президентом). Однако консолидировать президентскую республику в СССР не удалось из-за острого противостояния союзного центра и республик.

В 1990 году президент Горбачев был удостоен Нобелевской премии мира за деятельность, направленную на развитие международного сотрудничества. В апреле 1990 года Горбачев договорился с руководителями 10 из 15 союзных республик о совместной работе над проектом нового Союзного договора. Однако подписать его так и не удалось. В условиях демократизации создался альтернативный центр власти – Съезд народных депутатов РСФСР и Президент РСФСР (на этот пост в июне 1991 года был избран Борис Ельцин), опиравшийся на широкую демократическую оппозицию. Противостояние союзной и российской власти привело к попытке военного переворота и фактическому краху СССР в августе 1991 года с юридическим оформлением прекращения существования Советского государства в декабре того же года.

25 декабря 1991 года Горбачев сложил с себя полномочия президента СССР. С января 1992 года он является президентом Международного общественного фонда социально-экономических и политологических исследований (Горбачев-фонда).

Нерешительность Горбачева, его стремление к компромиссу между консерваторами и радикалами привели к тому, что преобразования в экономике так и не начались, а политического урегулирования межнациональных противоречий, разваливших в итоге Советский Союз, не было найдено. Впрочем, история никогда не даст ответа на вопрос, смог бы кто-нибудь другой на месте Горбачева сохранить несохранимое: социалистическую систему и СССР. На президентских выборах 1996 года Горбачев не собрал даже 1 процента голосов. В последние годы, после смерти горячо любимой жены Раисы Максимовны, которую он очень тяжело переживал, Горбачев в значительной мере отошел от активных занятий политикой.

Историческая заслуга Горбачева заключается в том, что он обеспечил «мягкий» крах тоталитаризма и распад Советского Союза, не сопровождавшийся широкомасштабными войнами и межэтническими столкновениями, и завершил «холодную войну».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

biography.wikireading.ru

Генеральный секретарь Горбачёв

Михаил Сергеевич Горбачев родился в 1931 году. Трудиться начал с 13 лет (1944г.), периодически работал в колхозе, с 15 лет - помощник комбайнера машинно-тракторной станции. В 1950 году окончил школу и поступил на юридический факультет Московского государственного университета (МГУ) им М.В.Ломоносова. Был членом комитета ВЛКСМ факультета. В 1952 году вступил в КПСС.

Вскоре стал секретарем комсомольской организации факультета и членом парткома МГУ. По окончании университета в 1955 г. работал в Ставропольском крае по специальности, затем - в 1955-1956 гг. - заместителем заведующего отделом пропаганды и агитации крайкома ВЛКСМ, первым секретарем Ставропольского горкома ВЛКСМ (1956-58 гг.), вторым (1958-60 гг.), первым секретарем крайкома ВЛКСМ (1960-62 г.)

Генеральный секретарь Горбачёв

В ноябре 1961 года был делегатом XXII съезда КПСС, участники которого вместе с проектами партийных документов получили только что отпечатанный номер "Нового мира" с повестью А.И.Солженицына "Один день Ивана Денисовича", и на котором Никита Хрущев впервые публично (а не на закрытом заседании, как в 1956 году) рассказал о преступлениях Сталина и его окружения. С марта 1962 г. - парторг крайкома КПСС Ставропольского территориально-производственного колхозно-совхозного управления; С декабря 1962 г. по декабрь 1964 г. - заведующий отделом партийных органов Ставропольского сельского крайкома КПСС. С декабря 1964 г. по сентябрь 1966 г. - заведующим отделом партийных органов Ставропольского краевого комитета КПСС.

С сентября 1966 г. - первый секретарь Ставропольского горкома партии. С августа 1968 г. - второй, а с апреля 1970 г. - первый секретарь Ставропольского крайкома КПСС. В 1970 году избран членом Верховного Совета (ВС) СССР. До 1974 года входил в комиссию по охране природы одной из палат ВС СССР. Член ЦК КПСС (1971-1991 гг.) Стал членом ЦК на XXIV съезде КПСС. Председатель Комиссии по делам молодежи Совета Союза Верховного Совета СССР (1974-1979 гг.) С ноября 1978 г. - секретарь ЦК КПСС по сельскому хозяйству, тогда же переехал на постоянное жительство в Москву. До него пост секретаря ЦК по аграрным вопросам с 1964 г. занимал Федор Кулаков, который до этого был предшественником Горбачева на посту первого секретаря Ставропольского крайкома. Председатель Комиссии законодательных предположений Совета Союза Верховного Совета СССР (1979-1984 гг.)

С 1979 по 1980 гг. - кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС. По словам самого Горбачева, в день ввода советских войск в Афганистан в декабре 1979 г. он находился на отдыхе в Пицунде вместе с Эдуардом Шеварднадзе "и никто не звонил нам туда по этому поводу". Что касается пленума ЦК, одобрившего решение Политбюро о вторжении в Афганистан, Горбачев впоследствии не отрицал, что голосовал вместе со всеми "за". С октября 1980 г. по август 1991 г. - член Политбюро ЦК КПСС. По оценкам экспертного центра "Панорама", Горбачев был одним из соратников Андропова, ставшего в 1982 году после смерти Брежнева Генеральным секретарем ЦК КПСС. В Политбюро в это время начала постепенно формироваться группа реформаторски настроенных политиков, в которую входил и Горбачев. По утверждению некоторых сотрудников аппарата ЦК, Андропов предлагал, чтобы в его отсутствие на заседаниях Политбюро председательствовал Горбачев.

После смерти Андропова Горбачев был предполагаемым соперником Константина Черненко в борьбе за пост Генерального секретаря ЦК КПСС. Во время кратковременного правления Черненко неофициально являлся вторым лицом в партии и занимал пост секретаря ЦК КПСС по идеологии.

В 1984-1985 годах занимал должность Председателя комиссии по иностранным делам Совета Союза ВС СССР (этот пост при Леониде Брежневе занимал Михаил Суслов, а при Юрие Андропове - Константин Черненко).

В декабре 1984 года на совещании в ЦК КПСС выступил с докладом "Живое творчество народа", в котором говорил о необходимости преодоления догматических представлений о производственных отношения при социализме, развития самоуправления в экономике, поддержки новаторских инициатив, расширения гласности и "социалистической демократии". Доклад был опубликован лишь через полгода и содержал основные тезисы, на основе которых позже возникла программа "перестройки". После смерти Черненко 11 марта 1985 года на внеочередном Пленуме ЦК Горбачев был избран Генеральным секретарем ЦК КПСС. По поручению Политбюро его кандидатуру предложил Андрей Громыко. В первые же месяцы работы в этой должности начал кадровые перестановки в партийном руководстве, отправляя на пенсию наиболее консервативных "брежневцев". Новые назначения получили: Николай Рыжков - Председатель Совета Министров, Егор Лигачев - секретарь ЦК по идеологии, Борис Ельцин - секретарь ЦК по вопросам строительства, а затем - первый секретарь Московского горкома, Эдуард Шеварднадзе - министр иностранных дел. Занимая пост генерального секретаря ЦК КПСС, Горбачев был председателем Совета обороны СССР, Верховным Главнокомандующим Вооруженных Сил СССР. Член Президиума Верховного Совета СССР (1985-1988 гг.) В мае 1985 года, выступая в Ленинграде, Горбачев впервые открыто заявил о снижении темпов экономического роста, отставании отечественного машиностроения, необходимости повышения жизненного уровня людей. Речь Горбачева была напечатана в газетах в сокращенном до неузнаваемости виде, а показана по телевидению лишь через 4 дня. В июне того же года на экономическом совещании в ЦК КПСС выдвинул лозунг ускорения научно- технического прогресса. Слово "ускорение" в 1985 - 1986 годах стало основным термином для обозначения начавшихся перемен в экономике и политике. В то же время некоторые новшества в политике были рассчитаны на привлечение симпатий сторонников "жесткой линии". В мае 1985 года были приняты постановление ЦК и ряд решений правительства и Президиума ВС, положившие начало антиалкогольной кампании, приведшей, среди прочего, к процветанию самогоноварения и способствовавшей дестабилизации финансовой системы страны. В 1985-1988 годах Горбачев произвел радикальные изменения во внешнеполитическом курсе СССР. На XXVII съезде КПСС (февраль - март 1986 года) он обнародовал советскую программу построения безъядерного мира к 2000 году. В том же году во время визита в Индию подписал Делийскую декларацию о принципах ненасильственного и свободного от ядерного оружия мира. По данным экспертного центра "Панорама" , в мае 1985 года на праздновании 40-летия победы над фашизмом Горбачев впервые за 20 лет упомянул в положительном контексте имя Иосифа Сталина, что вызвало бурные овации присутствовавших. На первой (закрытой) встрече с творческой интеллигенцией сказал, что сейчас не время возобновлять антисталинскую кампанию: "Мы же народ лбами столкнем!"

С ноября 1985 по декабрь 1988 года состоялось 5 встреч Горбачева с президентом США Рональдом Рейганом, в ходе которых были выработаны соглашения по сокращению некоторых видов ядерных и обычных вооружений. На XXVII съезде КПСС (февраль - март 1986 года) выступил с докладом, в котором высказался за экономическое обновление страны, повышение самостоятельности предприятий, сокращение госзаказа, демократические преобразования в обществе, повышение политической активности народа.

С июня 1986 года эта политика получила название "перестройки". Секретарем ЦК КПСС сразу после съезда был избран Александр Яковлев . Возглавляемый Яковлевым отдел печати ЦК за 1986 год сменил многих руководителей журналов и газет, назначив главными редакторами сторонников последовательной "десталинизации" страны. Ослабление цензуры в печати получило название политики "гласности" и увенчалось к 1990 году принятием Закона о печати, в котором упразднялась государственная цензура. В декабре 1986 года Горбачев вернул из политической ссылки академика Андрея Сахарова и допустил его к участию в международных антивоенных совещаниях в Москве. На пленуме ЦК КПСС в январе 1987 года впервые заявил, что советская система нуждается в демократизации и объявил о разработке нового избирательного законодательства. На юбилейном пленуме ЦК КПСС в октябре 1987 года выступил с докладом, в котором впервые откровенно было сказано о "преступной роли сталинизма". Началась реабилитация многих репрессированных членов коммунистической партии. На этом же пленуме Горбачев впервые столкнулся с открытой критикой ЦК со стороны Бориса Ельцина , требовавшего активизации "перестройки". По предложению Генерального секретаря Пленум принял резолюцию о признании выступления Ельцина "политически ошибочным". В июне 1988 года состоялась ХIХ партконференция, созванная для закрепления политического курса Горбачева. Впервые за последние 60 лет на официальном форуме развернулась острая дискуссия по политическим вопросам. Главным итогом конференции было начало политической реформы Советов и подготовка выборов народных депутатов на альтернативной основе, а также резолюция "О гласности", способствовавшая продвижению по пути к свободе слова. На конференции было принято решение о совмещении постов председателей Советов с соответствующими партийными постами. Это решение подверглось наиболее резкому осуждению со стороны радикально- реформаторского крыла партии как недемократическое, противоречащее принципу "разделения" властей на партийную и государственную.

Фактически, оно однако лежало в русле нового курса на плавное перемещение власти от партийных к государственным структурам.

В этот период Горбачев неоднократно подчеркивал свою приверженность идеалам социализма, "заветам Ленина". В октябре 1988 года Горбачев осуществил серьезные перестановки в партийном и государственном руководстве. Секретариат ЦК в качестве коллегиального органа фактически прекратил существование. Егор Лигачев был отстранен от руководства идеологией и внешней политикой в Политбюро. Секретарем ЦК по международным делам стал Александр Яковлев. Сам Горбачев был избран вместо Громыко Председателем Президиума Верховного Совета СССР.

С октября 1988 г. - председатель Президиума Верховного Совета СССР. Народный депутат СССР от КПСС с марта 1989 г. по март 1990 г. С мая 1989 г. по март 1990 г. - председатель Верховного Совета СССР. В конце 1989 года во время встречи с новым президентом США Джорджем Бушем на острове Мальта Горбачев впервые заявил, что СССР готов не рассматривать США как своего военного противника. 25 декабря 1991 года М. С. Горбачев выступил против расчленения страны и сложил с себя полномочия главы государства. С января 1992 по настоящее время - Президент Международного Фонда социально-экономических и политологических исследований (Горбачев-Фонд). Одновременно с марта 1993 года - Президент Международного Зеленого Креста. Выдающийся государственный и политический деятель, М. С. Горбачев положил начало перестройке, реформированию советского общества и оздоровлению международной обстановки. В знак признания его ведущей роли в мирном процессе, который сегодня характеризует важную составную часть жизни международного сообщества, 15 октября 1990 г. он был удостоен Нобелевской премии мира.

По мнению экспертов центра "Панорама", в настоящее время Горбачев признает утопичность коммунистической идеи и осуждает тоталитарный режим, существовавший в СССР. Выступает за развитие частной собственности, рыночной экономики, демократические преобразования, недопущение политического насилия.

www.protown.ru

Как Горбачев стал генсеком

Сообщество "Back in the USSR" — 24.04.2011

 В 1982 году член Политбюро, генеральный секретарь Брежнев скончался в возрасте 75  лет.

В 1984 году член Политбюро, генеральный секретарь Андропов скончался в возрасте 70 лет.

В 1985 году член Политбюро, генеральный секретарь Черненко скончался в возрасте 73 лет.

У интеллигенции появился анекдот: "Открыт новый элемент таблицы Менделеева - политбюролеум, с периодом полураспада полгода".

                                               

11 марта 1985 года на заседании Политбюро Громыко первым взял слово: Предлагаю избрать генеральным секретарем товарища Горбачева... (дает характеристику)... Товарищи, у  этого человека хорошая улыбка и железная рука...

В тот же день секретарь ЦК КПСС, член Политбюро Горбачев открыл пленум ЦК, предоставил слово Громыко, который от имени Политбюро предложил избрать Горбачева генеральным секретарем. Принято единогласно.

Горбачев: Сегодня пленум Центрального Комитета возложил на меня сложные и большие обязанности генерального секретаря ЦК КПСС. Хорошо понимаю, сколь велико оказанное мне доверие и сколь велика связанная с этим ответственность. Обещаю Вам, товарищи, приложить все силы, чтобы верно служить нашей партии, нашему народу, великому ленинскому делу.

    Новому генсеку 54 года. Появился анекдот: «Слыхали, Горбачева в Политбюро никто не поддерживает. - Как так? - Он сам ходит, его никто не поддерживает».

    Позднее Крючков и Лукьянов говорили, что Андропов никогда не называл Горбачева своим преемником, а  даже как-то сказал: слишком торопливый, и это Андропова смущало. Андропов называл другую фамилию в качестве кандидата на генсека - Романова Григория Васильевича.

(О Романове был запущен слух, будто бы он справлял свадьбу своей дочери в Эрмитаже. Расследование установило, что этого не было. Горбачев рекомендовал Романову не выступать с опровержением слухов).

 В 1984 году Маргарет Тэтчер присутствовала на похоронах Андропова. Состоялась беседа ее с Горбачевым, в которой участвовал Александр Яковлев. В своем кругу Тэтчер заявила: «С этим человеком можно иметь дело». 

    В 1984 году в Женеве вице-президент Буш уверенно заявил советскому полномочному послу Исраэляну: «Вашим следующим лидером будет Горбачев, я хотел бы с ним встретиться».

    Через неделю в Москве Исраэлян доложил об этом Громыко. Тот долго молчал и потом заговорил о другом.

 

Рассказывает Маргарет Тэтчер: Когда я присутствовала на похоронах Черненко в Москве, то почти час  беседовала с господином Горбачевым в Кремле. Атмосфера была более официальной, чем в моей британской резиденции, и молчаливое сардоническое присутствие господина Громыко не помогало. Но я смогла объяснить им последствия политики, о которой мы договорились с президентом Рейганом, прежде всего по Стратегической оборонной инициативе. Как мы и ожидали, господин Горбачев придал советскому правительству новый стиль. Он открыто говорил об ужасающем состоянии советской экономики, хотя на этом этапе он еще больше опирался на методы, связанные с кампанией господина Андропова за большую эффективность, чем на радикальную реформу.

Тэтчер впоследствии говорила: «Мы сделали Горбачева генеральным секретарем».

 

 Горбачев укрепил кадры: в июле из Политбюро выведены Романов, затем Тихонов (премьер-министр), Гришин (первый секретарь московского горкома).

По предложению Горбачева Громыко был назначен председателем президиума Верховного совета - президентом, по западным понятиям.

Рыжков, Лигачев и Шеварднадзе избраны членами Политбюро. Шеварднадзе стал министром иностранных дел. Председателем Совета Министров вместо 80-летнего Тихонова назначен Рыжков (56 лет), бывший директор Уралмаша.

 

В апреле Горбачев видит, как из зала Верховного Совета выводят под руки пьяного Ельцина, сопровождающие говорят: С нашим первым случается, иной раз перехватит лишнего.

Горбачев просит Лигачева съездить в Свердловск: Присмотрись к Ельцину.

Лигачев по возвращении сказал: Сложилось мнение, что Ельцин – тот человек, который нам нужен. Ельцин назначен заведующим отделом ЦК.

    Летом 1985 года Горбачев вызвал  к себе Рыжкова, здесь же Лигачев: Ты ведь знаешь, настало время укрепить руководство столицы. Мы с Егором сейчас обсуждаем возможную кандидатуру на пост первого секретаря Московского городского комитета - вместо Гришина. Хотели бы посоветоваться с тобой.

Рыжков: Я надеюсь, у вас уже есть предложения?

Горбачев: Да. Нам нужен туда крепкий и боевой товарищ. Наше мнение с Егором Кузьмичем, что это должен быть Ельцин. Ты его знаешь по Свердловску, твое мнение?.

Рыжков (удивленно): Да, я знаю Бориса Николаевича и считаю, что он абсолютно не годится для этой роли. Не забудьте, что речь идет об огромной столичной организации, где сосредоточена масса заводских рабочих и основная  научная и творческая элита страны. Ельцин же человек другого склада: он хоть и строитель, но по натуре своей – разрушитель. Наломает дров, вот увидите! Ему противопоказана большая власть. Вы сделали уже одну ошибку, переведя его в ЦК из Свердловска. Не делайте еще одну, роковую.

Лигачев: Да, я содействовал его переводу в Москву, я был в Свердловске, мне понравилась его работа...

Рыжков: Я вас не убедил, и вы еще пожалеете о таком шаге. Когда-нибудь будете локти кусать, но поздно!

    25 декабря 1985 года Ельцин назначен первым секретарем московского горкома и кандидатом в члены Политбюро.

 

Источник: «Перестройка. Летопись 1985 – 1991 годов». http://lit.lib.ru/k/kolesow_w_i/

yablor.ru

Избрание М.С.Горбачева Генеральным секретарём ЦК КПСС было блестящей спецоперацией

11 марта 2015 г. исполняется 30 лет с момента избрания М.С.Горбачева Генеральным секретарём ЦК КПСС.

Как известно, приход к власти нового лидера было встречено с воодушевлением, но уже через 6 лет принятое им к управлению государство лежало в руинах, а общество было поражено апатией, межнациональными конфликтами, сектами и гипнотическими экспериментами Кашпировского, а другими проявлениями социального разложения.

В этой связи всегда невольно возвращаешься к одному и тому же вопросу: а был ли возможен другой вариант развития событий в марте 1985 г.? А была ли перестройка столь объективно предрешенной, что она была бы в любом случае, даже если бы не было М.С.Горбачёва?

На протяжении 30 лет пропаганда, организованная в своё время в период властвования Горбачёва, пытается убедить всех, что в 1985 г. СССР находился на грани экономического краха и социальной разобщённости, неверия народа своему правительству. Вот и в настоящее время Михаил Сергеевич повторяет давно заученные слова: «Перемены стучались в окна и двери. Надо было решаться на них, как ни рискованно это было и даже опасно. Но сами по себе перемены начаться не могли. Они стали возможны потому, что в СССР пришло к руководству новое поколение политиков, способных на современное мышление и готовых взять на себя ответственность…»[1]

Однако стоило ли в угоду «переменам» приносить в жертву государство и социальное согласие – вот главный вопрос, который хочется задать господину Горбачёву.

Объявленная им перестройка изначально не имела чётко очерченных границ, они всегда были размыты, приблизительны, многословны. И это понятно, ведь главной целью была перестройка социализма в капитализм, а заявить об этом изначально было политически рискованно.

Приход Горбачёва к власти и по сей день вызывает много толков и домыслов. И это неслучайно. В истории трудно найти пример, когда в мирное время за 3 года уходят из жизни подряд 3 (!) руководителя государства.

Тезисы о том, что, дескать, Брежнев, Андропов и Черненко уже были «в возрасте» – смешны. Хотелось бы напомнить, что этот «возраст» на момент смерти составлял: Брежнева – 75 лет, Андропова – 69 лет, Черненко – 73 года. Много это? Не думаю, особенно, если учесть, что Президент США Рональд Рейган был ровесником Черненко (р. в 1911 г.) и умер только в 2004 г., причем в США его «больным стариком» никто не считал. Продолжая список, можно привести ещё интересные сравнения: супруга Л.И.Брежнева – Виктория Петровна Брежнева (р. в 1907 г.) – умерла только в 1995 г., а супруга К.У.Черненко – Анна Дмитриевна Черненко (р. в 1913 г.) – умерла лишь в 2010 (!) году.

Нельзя не вспомнить и ныне здравствующих партийных и государственных деятелей времён перестройки, которым давно уже «далеко за»: М.С.Горбачеву – 84 года, А.И.Лукьянову – 85 лет, Н.И.Рыжкову – 86 лет, Долгих В.И. – 91 год, Е.К.Лигачёву и вовсе – 95 лет.

Так почему же жёны генсеков и «наследники» генсеков пережили их на 15 – 20 лет, а сами руководители государства и партии, имея первоклассное медицинское обслуживание, выглядели так, будто им не 70, а 120 лет?

Разумеется, здесь этот вопрос надо адресовать кремлёвским врачам и, в первую очередь, господину Е.И.Чазову.

В.А.Казначеев, соратник Горбачева по работе на руководящих постах в Ставрополе, приводит интересную информацию: «Я уже рассказывал о том, что академик Чазов, приезжая на Ставрополье, делился с Горбачёвым многим, в частности, регулярно информировал об образе жизни кремлевских обитателей. Со стороны это казалось дружбой. Но так только казалось.

Будучи в курсе состояния здоровья всех руководителей Кремля, академик намекнул Горбачёву, что смерть уносит лидеров одного за другим, как только у них обостряются отношения с США. Причем заболевают они и умирают как-то странно, нелепо. Так, Брежнев, человек, обладавший незаурядной энергией, вдруг захворал астеническим синдромом. Его замедленная реакция, затруднённая речь вызывали насмешки, служили материалом для эстрадных артистов.

У Черненко с невероятной быстротой развивается флегмона. Также неожиданно наступило обострение болезни у Андропова. Военачальники России (имеется в виду СССР – Д.Л.) и Чехословакии Устинов и Дзура после маневров заболели одной и той же болезнью, приведшей их к смерти. Если о смертях генсеков можно спорить, были ли они случайными, то уход из жизни Устинова и Дзура – явное доказательство того, что против них была совершена целенаправленная акция»[2].

Таким образом, трудно было не заметить слишком уж очевидную подозрительность смертей 3 генсеком подряд. Неслучайно, что и в настоящее время все противники США заболевают «странно», «нелепо» и одинаково. Достаточно вспомнить внезапно возникшие онкологические заболевания у Президента Венесуэлы Уго Чависа, Президента Бразилии Дилмы Руссефф и Президента Аргентины Кристины Фернандес де Киршнер. И, по всей видимости, американская методика была «обкатана» на советских лидерах.

Впрочем, думается, что слова Чазова о здоровье партийных и государственных лидеров не сильно расстроили М.С.Горбачёва. Как, впрочем, не расстроили они и его жену, Р.М.Горбачёву, которая не упускала ни одного дня, чтобы не осведомиться у охраны: «какая информация из Москвы?»[3].

В декабре 1984 г. умер Д.Ф.Устинов. Надо сказать, что умер он очень удачно, в самый подходящий момент, поскольку Устинов был тем человеком, который определял кандидатуру будущего генсека. Так было с выдвижением кандидатуры Андропова, так было с выдвижением кандидатуры Черненко. Теперь Устинова не стало.

Всего через 3 месяца не стало и К.У.Черненко. Удивительно, но 2 раза, заявляя о своём намерении оставить пост Генерального секретаря ЦК КПСС[4], Черненко получал от Политбюро и его отдельных членов категорические возражения и советы «просто немного подлечиться». Почему же так было? Думается, потому, что в Политбюро были люди опытные, которые понимали, что с поста никто просто так не уходит. Если Черненко уйдет, то он обязательно назовет имя преемника, а членам Политбюро хотелось нового генсека избрать самим, а, следовательно, для этого надо дождаться смерти прежнего.

И эта смерть наступила 10 марта 1985 г. И эта смерть наступила также очень удачно и очень вовремя, поскольку в Москве из 10 членов Политбюро отсутствовало 4, причём, как считается, противников Горбачева: Воротников – был в Югославии, Кунаев – был в Алма-ате, Романов – отдыхал в Литве, Щербицкий – возглавлял делегацию Верховного Совета СССР в США.

Однако на состоявшемся вечернем заседании Политбюро 10 марта 1985 г. новый генсек так и не был определён, поэтому заседание было перенесено на 14.00 11 марта, чтобы ночью можно было всё обдумать и взвесить.

Но именно в эту ночь с 10 на 11 марта 1985 г. Лигачёв, Горбачёв и Чебриков остались в Кремле и вели подготовку к тому, чтобы генсеком был избран именно М.С.Горбачёв. Также в Кремль были вызваны ночью Загладин, Александров, Лукьянов и Медведев для написания речи для лица, которое будет избрано Генеральным секретарем ЦК КПСС[5].

Если верить В.А.Печеневу, то между А.И.Вольским и М.С.Горбачёвым состоялся интересный диалог: «Аркадий Иванович (Вольский – Д.Л.), заглядывая в светлые, печальные глаза Горбачёва, доверительно спросил его: «Михаил Сергеевич, а доклад на Пленуме Вы будете делать?». «Аркадий, не выё…ся – дипломатично ответил Горбачёв»[6].

Таким образом, очевидно, что М.С.Горбачёв готовил речь будущего генсека не «для кого-то», а исключительно для себя.

Одновременно всю ночь Е.К.Лигачёв обзванивал первых секретарей региональных отделений партии, то есть членов ЦК, и агитировал их в пользу Горбачёва. На следующий день, 11 марта 1985 г., до 14.00, т.е. до судьбоносного заседания Политбюро, уже происходили непосредственные встречи Е.К.Лигачева с членами ЦК[7].

Результаты выборов генсека на Политбюро и затем на Пленуме – известны…

После смерти Брежнева Пленум был созван только на 3 день, после смерти Андропова – на 4 день, после смерти Черненко – Пленум был созван всего за 20 часов. Военные обеспечили переброску членов ЦК военными самолётами[8].

По словам Печенева В.А. все произошедшее было «маленьким государственным переворотом», а по-нашему мнению, – блестяще проработанной спецоперацией…

[1] М.С. Горбачев. 30-летие Перестройки и современность. Лекция, прочитанная в международном университете 12.02.2015 г. // Сайт Горбачев-фонда. URL: Источник. Дата обращения к сайту: 10.03.2015 г.[2] Казначеев В.А. Последний генсек. М., 1996 г. С.с. 180-181.[3] Прибытков В.В. Черненко. Серия «ЖЗЛ». М., 2009 г. С.с. 132-133.[4] Там же. С. 202.[5] Островский А.В. Кто поставил Горбачёва? М., 2010 г. С.с. 502-502.[6] Там же. С. 504.[7] Там же. С.с. 507, 514.[8] Там же. С. 521.

Источник

www.pravda-tv.ru

Генеральный секретарь ЦК КПСС - Gpedia, Your Encyclopedia

Генера́льный секрета́рь Центра́льного комите́та Коммунисти́ческой па́ртии Сове́тского Сою́за (офиц. аббр. — Генеральный секретарь ЦК КПСС; в 1953—1966 годах должность носила название Первый секретарь ЦК КПСС, в 1925—1952 — Генеральный секретарь ЦК ВКП(б), в 1922—1925 — Генеральный секретарь ЦК РКП(б); разг. — генсе́к) — высшая должность в Коммунистической партии Советского Союза. После смерти Владимира Ильича Ленина фактически стала высшей руководящей государственной должностью в СССР.

Предполагается, что должность генерального секретаря была учреждена 3 апреля 1922 года Пленумом ЦК РКП(б), избранным XI съездом РКП(б), в качестве аппаратной должности в Секретариате ЦК КПСС[1]; однако в устав партии соответствующая поправка внесена не была[2].

Первым партийным деятелем, занявшим эту должность, стал И. В. Сталин. Неофициально «генеральным секретарём» называли также Н. Н. Крестинского, когда тот в 1919—1921 годах был единственным из трёх секретарей ЦК, являвшимся членом Политбюро ЦК КПСС[3]. При выборах секретариата на пленумах Центрального комитета партии в период с 1934 по 1953 годы должность генсека не упоминалась[4][5], оставаясь неуставной до самой смерти Сталина, хотя иногда им использовалась[6].

В 1953 году вместо должности генерального секретаря была введена должность первого секретаря ЦК КПСС, которая в 1966 году была вновь переименована в должность генерального секретаря ЦК КПСС и официально закреплена в уставе коммунистической партии[5][7].

В отличие от других партийных должностей в руководстве Коммунистической партии Советского Союза, должность генерального секретаря являлась единственной неколлегиальной должностью.

Иосиф Сталин (апрель 1922 — март 1953)

Пост Генерального секретаря и победа Сталина в борьбе за власть (1922—1934)

Б. Бажанов, бывший личным секретарём И. В. Сталина, утверждал, что предложение об учреждении поста генерального секретаря и назначении на него Сталина было сделано Г. Е. Зиновьевым и Л. Б. Каменевым по согласованию с В. И. Лениным[1][4].

Первоначально эта должность означала лишь руководство аппаратом партии (пункт 32 Устава гласил: «Центральный комитет организует: для политической работы — Политическое бюро, для общего руководства организационной работой — Организационное бюро и для текущей работы организационного и исполнительного характера — Секретариат»[2]), тогда как пост лидера партии формально (по Уставу) отсутствовал, фактически же им был Председатель Совета Народных Комиссаров Ленин.

Ленин ценил организаторские способности Сталина, но деспотическая манера его поведения («Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью»[8]) заставила Ленина в «Письме к съезду» написать, что Сталин «слишком груб» и этот недостаток является «нетерпимым в должности генсека»[9]. Письмо Ленин адресовал XII съезду РКП(б), но новый приступ болезни не позволил ему сделать соответствующие распоряжения.

Сталин, Зиновьев и Каменев организовали триумвират, основанный на противодействии Троцкому (см. статью Троцкий).

Перед началом XIII съезда (состоялся в мае 1924 года) вдова Ленина Надежда Крупская передала «Письмо к съезду». Оно было оглашено на заседании Совета старейшин. Сталин на этом заседании впервые заявил об отставке. В связи с этим письмом сам Сталин несколько раз ставил перед пленумом ЦК вопрос о своей отставке. Каменев предложил зачитать «Письмо» по делегациям и таким образом избежать его открытого обсуждения. Большинство высказалось за оставление Сталина на посту генсека, против были только сторонники оппозиции.

После смерти Ленина Лев Троцкий мог претендовать на роль первого лица в партии и государстве, но был оттеснен от руководства «тройкой» в лице Зиновьева, Каменева и Сталина[10]. И настоящая карьера Сталина начинается только с того момента, когда Зиновьев и Каменев, желая захватить наследство Ленина и организуя борьбу против Троцкого, избрали Сталина как союзника, которого надо иметь в партийном аппарате[11]. В декабре 1925 г. на XIV съезде ВКП(б) в результате раскола в Политбюро и образования «новой оппозиции» Сталин впервые выступил с политическим отчётом ЦК, — до своей болезни с этим отчётом всегда выступал Ленин, а на XII и XIII съездах — Зиновьев (на XIV съезде он выступал как содокладчик от ленинградской делегации). Знаменательно, что уже тогда Сталин был назван в выступлении своего верного друга К. Е. Ворошилова «главным членом Политбюро», который «в разрешении вопросов принимает наиболее активное участие, и его предложения проходят чаще, чем чьи-либо другие»[12].

В день 50-летия Генерального секретаря ЦК (1929 г.)

27 декабря 1926 года Сталин подавал заявление об отставке с поста Генерального секретаря: «Прошу освободить меня от поста Генерального секретаря ЦК. Заявляю, что не могу больше работать на этом посту, не в силах больше работать на этом посту». Отставка не была принята[4].

Интересно, что Сталин в официальных документах обычно не подписывался полным наименованием должности[4]. Он подписывался как «секретарь ЦК»[13][14][15] и к нему обращались как секретарю ЦК[16]. Когда вышел Энциклопедический справочник «Деятели СССР и революционные движения России» (подготовленный в 1925—1926 годах), то там, в статье «Сталин», представили Сталина так: «с 1922 г. Сталин — один из секретарей ЦК партии, в каковой должности остаётся он и теперь», то есть нет ни слова о посте генсека[17]. Поскольку автором статьи был личный секретарь Сталина И. П. Товстуха, значит, таково было желание Сталина[18]. Та же информация изложена и в первом издании «Большой Советской Энциклопедии» (том 52 вышел в 1947 году). Во втором издании БСЭ (том 40 вышел в 1957 году — то есть уже после XX съезда) даётся такая информация: «3 апреля 1922 года Пленум ЦК избрал И. В. Сталина генеральным секретарём ЦК. В 1952 году Пленум избрал И. В. Сталина членом Президиума ЦК и секретарём ЦК». В «Советской исторической энциклопедии» был дан такой текст: «… на пленуме ЦК … 3 апр. 1922 избран Генеральным секретарём ЦК и работал на этом посту более тридцати лет» (том 13 вышел в 1971 году — то есть при Брежневе)[19]. Та же информация изложена и в третьем издании БСЭ (том 24 вышел в 1976 году)[20].

К концу 1920-х годов Сталин сосредоточил в своих руках столь значительную личную власть, что должность стала ассоциироваться с высшим постом в партийном руководстве, хотя Устав ВКП(б) не предусматривал её существование[21].

Когда В.М. Молотова назначили в 1930 году Председателем Совнаркома СССР, он обратился с просьбой освободить его от обязанностей секретаря ЦК. Сталин согласился, и обязанности второго секретаря ЦК[22] стал выполнять Лазарь Каганович[23]. Он замещал Сталина в Центральном Комитете[24].

Сталин — полновластный правитель СССР (1934—1951)

И. Сталин в 1942 году

По данным Р. Медведева, в январе 1934 года на XVII съезде образовался нелегальный блок, в основном из секретарей обкомов и ЦК нацкомпартий. Выдвигались предложения переместить Сталина на пост председателя Совета народных комиссаров или ЦИК, а на пост генсека ЦК избрать С. М. Кирова. Группа делегатов съезда беседовала на этот счёт с Кировым, но он решительно отказался, а без его согласия весь план становился нереальным[25].

При всей важности Ленинграда и Ленинградской области их руководитель Киров никогда не являлся вторым человеком в СССР. Положение второго по значению лица в стране занимал председатель Совнаркома Молотов[26]. На пленуме после съезда Киров, как и Сталин, был избран секретарём ЦК. Спустя 10 месяцев Киров погиб в здании Смольного от выстрела бывшего партийного работника[27]. Убийство Кирова, соратника и ближайшего друга Сталина, привело к началу массового террора, который достиг апогея в 1937—1938 годах[28]. Именно XVII съезд закрепил фактическое сосредоточение власти в руках группы лиц во главе со Сталиным. По предложению Сталина (озвученном в отчётном докладе), съезд утвердил кардинальную перестройку системы партийно-государственного контроля. Отныне единый партийно-правительственный орган контроля разделялся на чисто правительственную Комиссию советского контроля и Комиссию партийного контроля. Последняя должна была избираться съездом, но в своей деятельности отчитывалась перед Центральным Комитетом ВКП(б). Говоря о плане перестройки, Сталин подчеркнул, что контроль, как партийный, так и государственный, означает централизованную проверку исполнения политических решений. «Нам нужна теперь не инспекция, а проверка исполнения решений центра». Что касается Комиссии партийного контроля, то она должна была выполнять поручения ЦК, а её работники на местах могли теперь действовать независимо от местных органов. Комиссия была уполномочена привлекать к ответственности даже членов ЦК, при этом её руководитель сам должен был являться членом ЦК. Сам Сталин был категорически против предложения обсудить данные изменения на пленуме Центральной контрольной комиссии, в силу чего трений по этому проекту не возникло. Ничего в своём докладе Сталин не сказал и о возможности апелляций на решения Комиссии партийного контроля (поэтому в резолюции съезда данный вопрос не упоминался)[29]. С 1934 года упоминание о должности Генерального секретаря вообще исчезло из документов[4]. На Пленумах ЦК, состоявшихся после XVII, XVIII и XIX съездов партии, Сталин избирался секретарём ЦК, фактически выполняя функции Генерального секретаря ЦК партии[30]. После XVII съезда ВКП(б), состоявшегося в 1934 году, ЦК ВКП(б) избрал Секретариат ЦК ВКП(б) в составе Жданова, Кагановича, Кирова и Сталина[30][31]. Сталин, как председательствующий на заседаниях Политбюро и Секретариата, сохранил за собой общее руководство, то есть право утверждать ту или иную повестку дня и определять степень готовности выносимых на рассмотрение проектов решений[32].

Сталин продолжал в официальных документах, подписывается как «секретарь ЦК»[33], а к нему продолжали обращаться как секретарю ЦК[34]. Иногда Сталин использовал титул Генерального секретаря[35].

Последующие обновления Секретариата ЦК ВКП(б) в 1939 и 1946 гг. также проводились с избранием формально равноправных секретарей ЦК[30]. Устав КПСС, принятый в октябре 1952 года на XIX съезде КПСС, не содержал никакого упоминания о существовании должности «генерального секретаря».

В мае 1941 года в связи с назначением Сталина Председателем Совнаркома СССР Политбюро приняло постановление[36], в котором Андрей Жданов официально был назван заместителем Сталина по партии: «Ввиду того, что тов. Сталин, оставаясь по настоянию Политбюро ЦК Первым[37] секретарём ЦК ВКП(б), не сможет уделять достаточного времени работе по Секретариату ЦК, назначить тов. Жданова А. А. заместителем тов. Сталина по Секретариату ЦК»[38].

Официального статуса заместителя вождя по партии не были удостоены ранее фактически выполнявшие эту роль Вячеслав Молотов и Лазарь Каганович[38].

Борьба среди руководителей страны обострялась по мере того, как Сталин все чаще ставил вопрос о том, что на случай его смерти ему надо подбирать преемников в руководстве партией и правительством. Молотов вспоминал: «После войны Сталин собирался уходить на пенсию и за столом сказал: „Пусть Вячеслав теперь поработает. Он помоложе“»[39].

Долгое время в Молотове видели возможного преемника Сталина[25], но позже Сталин, который считал первым постом в СССР должность главы правительства, в частных беседах высказывал предположение о том, что он видит в качестве своего преемника по государственной линии Николая Вознесенского[40].

Продолжая видеть в Вознесенском своего преемника по руководству правительства страны, Сталин стал подыскивать другого кандидата на пост руководителя партии. Микоян вспоминал: «Кажется, это был 1948 год. Как-то Сталин показав на 43-летнего Алексея Кузнецова, сказал, что будущие руководители должны быть молодыми, и вообще, вот такой человек может когда-нибудь стать его преемником по руководству партией и ЦК»[25].

К этому времени в руководстве страны сложились две динамичные соперничавшие группировки[41]. Далее события повернулись трагически. В августе 1948 года скоропостижно умирает лидер «ленинградской группы» А. А. Жданов. Почти год спустя в 1949 году Вознесенский и Кузнецов стали ключевыми фигурами в «Ленинградском деле». Они были приговорены к смертной казни и расстреляны 1 октября 1950 года[42].

Последние годы правления Сталина (1951—1953)

Так как здоровье Сталина было запретной темой, то источником для версий о его болезнях служили лишь различные слухи[43]. Состояние здоровья стало сказываться на его работоспособности. Многие документы оставались подолгу не подписанными. Он был Председателем Совета Министров, а на заседаниях Совета Министров председательствовал не он, а Вознесенский (до снятия со всех постов в 1949 году). После Вознесенского Маленков[44]. По данным историка Ю. Жукова, спад работоспособности у Сталина начался в феврале 1950 года и достиг нижнего предела, стабилизировавшись в мае 1951 года[45].

По мере того как Сталин стал уставать от каждодневных дел и деловые бумаги подолгу оставались неподписанными, в феврале 1951 года было принято решение о том, что право подписи за Сталина имеют три руководителя — Маленков, Берия и Булганин, и они пользовались его факсимиле[46][47].

Георгий Маленков руководил подготовкой XIX съезда ВКП(б), который состоялся в октябре 1952 года. На съезде Маленкову было поручено выступить с Отчётным докладом ЦК, что было признаком особого доверия Сталина. Георгий Маленков рассматривался как наиболее вероятный его преемник[48].

В последний день съезда, 14 октября, Сталин выступил с краткой речью[49]. Это было последнее открытое публичное выступление Сталина[50].

Процедура избрания руководящих органов партии на Пленуме ЦК 16 октября 1952 года была довольно специфичной. Сталин, вынув из кармана своего френча бумажку, произнёс: «В Президиум ЦК КПСС можно было бы избрать, например, таких товарищей — товарища Сталина, товарища Андрианова, товарища Аристова, товарища Берию, товарища Булганина…» и далее по алфавиту ещё 20 фамилий, в том числе назвал имена Молотова и Микояна, к которым он в своей речи только что без всяких оснований выразил политическое недоверие. Далее зачитал кандидатов в члены Президиума ЦК КПСС, в том числе назвал имена Брежнева и Косыгина[51].

Затем Сталин вынул из бокового кармана своего френча другую бумажку и сказал: «Теперь о Секретариате ЦК. Можно было бы избрать секретарями ЦК, например, таких товарищей — товарища Сталина, товарища Аристова, товарища Брежнева, товарища Игнатова, товарища Маленкова, товарища Михайлова, товарища Пегова, товарища Пономаренко, товарища Суслова, товарища Хрущёва»[51].

Всего в состав Президиума и секретариата Сталин предложил 36 человек[52].

На том же пленуме[53][неавторитетный источник?] Сталин пытался сложить с себя партийные обязанности, отказываясь от поста секретаря ЦК, однако под давлением делегатов пленума принял эту должность.

Вдруг с места кто-то громко крикнул: «Надо избрать товарища Сталина Генеральным секретарём ЦК КПСС». Все встали, раздались бурные аплодисменты. Овация продолжалась несколько минут. Мы, сидящие в зале, полагали, что это вполне естественно. Но вот Сталин замахал рукой, призывая всех к тишине, и когда аплодисменты смолкли, неожиданно для членов ЦК сказал: «Нет! Меня освободите от обязанностей Генерального секретаря ЦК КПСС и председателя Совета Министров СССР». После этих слов возник какой-то шок, воцарилась изумительная тишина… Маленков быстро спустился к трибуне и произнёс: «Товарищи! Мы должны все единогласно и единодушно просить товарища Сталина, нашего вождя и учителя, быть и впредь Генеральным секретарём ЦК КПСС». Последовали вновь гром аплодисментов и овация. Тогда Сталин прошёл к трибуне и сказал: «На Пленуме ЦК не нужны аплодисменты. Нужно решать вопросы без эмоций, по-деловому. А я прошу освободить меня от обязанностей Генерального секретаря ЦК КПСС и председателя Совета Министров СССР. Я уже стар. Бумаг не читаю. Изберите себе другого секретаря!». Сидевшие в зале зашумели. Маршал С. К. Тимошенко поднялся из первых рядов и громко заявил: «Товарищ Сталин, народ не поймёт этого! Мы все как один избираем вас своим руководителем — Генеральным секретарём ЦК КПСС. Другого решения быть не может». Все, стоя, горячо аплодируя, поддержали т. Тимошенко. Сталин долго стоял и смотрел в зал, потом махнул рукой и сел.

Когда встал вопрос о формировании руководящих органов партии, Сталин взял слово и стал говорить о том, что ему тяжело быть и премьером правительства, и генеральным секретарем партии: Годы не те; мне тяжело; нет сил; ну, какой это премьер, который не может выступить даже с докладом или отчётом. Сталин говорил это и пытливо всматривался в лица, словно изучал, как будет реагировать Пленум на его слова об отставке. Ни один человек, сидевший в зале, практически не допускал возможности отставки Сталина. И все инстинктом чувствовали, что и Сталин не хочет, чтобы его слова об отставке были приняты к исполнению.

Неожиданно для всех Сталин предложил создать новый, неуставный орган — бюро Президиума ЦК. Оно и должно было выполнять функции прежнего всемогущего Политбюро. В этот верховный партийный орган Сталин предложил не включать Молотова и Микояна. Это и было принято Пленумом, как всегда, единогласно[58][59].

Сталин продолжал поиски преемника, но своими намерениями уже ни с кем не делился[54]. Известно, что незадолго до смерти, Сталин рассматривал Пантелеймона Пономаренко, как преемника и продолжателя своего дела[60]. Высокий авторитет Пономаренко проявился на XIX съезде КПСС. Когда он поднялся на трибуну, чтобы произнести речь, делегаты встретили его аплодисментами[61]. Однако Сталин не успел провести через Президиум ЦК опросом назначение П. К. Пономаренко на должность Председателя Совета Министров СССР. Документ о назначении не успели подписать лишь Берия, Маленков, Хрущёв и Булганин из 25 членов Президиума ЦК[62][63][64].

Смерть Сталина (5 марта 1953 года)

По официальной версии, 1 марта 1953 года на даче в Кунцево у Сталина случился апоплексический удар, от которого он умер спустя 4 дня, 5 марта[65]. Лишь в семь утра 2 марта появившиеся на даче в Кунцево врачи начали осмотр умиравшего Сталина. Драгоценное время было упущено, смерть вождя предрешена[66]. Первый бюллетень о болезни Сталина опубликовали 4 марта, где ложно сообщили, что Сталин находится в своей квартире в Кремле, хотя на самом деле удар у него произошёл на даче в Кунцево[53][неавторитетный источник?]. 5 марта опубликовали второй бюллетень, из которого было ясно, что положение пациента безнадежно[67].

6 марта все газеты оповестили о кончине Председателя Совета Министров Союза ССР и Секретаря Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза Иосифа Виссарионовича Сталина 5 марта в 21 час 50 минут[68].

5 марта 1953 года — соратники Сталина отправляют вождя в отставку за час до его кончины

После инсульта у Сталина первое заседание бюро Президиума ЦК КПСС провели 2 марта в 12 часов в Кунцево. В напряжённые дни 2, 3, 4, 5 марта проходят новые заседания бюро Президиума ЦК КПСС. Маленков явно брал бразды правления в свои руки[66].

В конце дня 5 марта прошло ещё одно заседание. Принятое на нём постановление означало: высшие партийные руководители отважились уже на проведение процедуры передачи власти новому руководителю. По предложению Маленкова и Берии решено было провести предстоящим вечером в Кремле совместное заседание Президиума ЦК КПСС, Совета Министров и Президиума Верховного Совета СССР[66].

В принятом постановлении отмечалось, что «в связи с тяжелой болезнью товарища Сталина, которая влечет за собой более или менее длительное неучастие его в руководящей деятельности, считать на время отсутствия товарища Сталина важнейшей задачей партии и правительства обеспечение бесперебойного и правильного руководства всей жизнью страны…»[66].

Совместное заседание было намечено на 8 часов вечера. Лишь в восемь сорок заседание всё-таки открыли. Заседание было скоротечным: оно продолжалось всего десять минут[69]. Его главный итог — Сталин отправлен в отставку с поста главы правительства. Этот пост занял Маленков. Оставить Сталина даже формально в положении высшего правительственного руководителя не пожелали[66][70].

Маленков был одним из главных претендентов на наследство Сталина и, договорившись с Хрущёвым, Берией и другими, занял важнейший в СССР пост — Председатель Совета министров[71]. Маленков, Берия и другие считали, что посты в Совете министров гораздо важнее[72].

На том же совместном заседании утвердили новый состав Президиума Центрального Комитета КПСС, куда включили умирающего Сталина[65][неавторитетный источник?]. Но от обязанностей секретаря ЦК Сталин был освобождён[70][73]. Тем самым соратники Сталина не позволили вождю умереть не только главой правительства, но и официальным лидером партии.

В конце заседания Хрущёв объявляет совместное заседание закрытым[65]. Через один час после заседания[66] умирает Сталин. Хрущёв в своих воспоминаниях неточен, когда говорит, что распределение «портфелей» произвели после смерти Сталина[74].

Газеты опубликуют Постановление Совместного заседания Пленума ЦК, СМ СССР и Президиума ВС СССР лишь 7 марта без указания даты, когда заседание проводилось или какого числа постановление было принято[75]. В учебниках истории напишут, что назначение нового руководства страны состоялось 6 марта[5][65], из нового состава Президиума ЦК покойник вычеркнут[5], освобождение Сталина от должностей секретаря ЦК и предсовмина скрыто[5] — то есть официально Сталин остался руководителем партии и страны до самой смерти.

Борьба за власть после смерти Сталина (март 1953 — сентябрь 1953)

Уже 14 марта Маленков был вынужден отказаться от должности секретаря ЦК, передав Хрущёву контроль над партаппаратом[71]. Несмотря на то, что Маленков оставил работу в Секретариате ЦК по решению мартовского Пленума ЦК (14 марта 1953), он получил право председательствовать на заседаниях Президиума ЦК

www.gpedia.com

Избрание М.С.Горбачева Генеральным секретарём ЦК КПСС было блестящей спецоперацией

11 марта 2015 г. исполняется 30 лет с момента избрания М.С.Горбачева Генеральным секретарём ЦК КПСС.

Как известно, приход к власти нового лидера было встречено с воодушевлением, но уже через 6 лет принятое им к управлению государство лежало в руинах, а общество было поражено апатией, межнациональными конфликтами, сектами и гипнотическими экспериментами Кашпировского, а другими проявлениями социального разложения.

В этой связи всегда невольно возвращаешься к одному и тому же вопросу: а был ли возможен другой вариант развития событий в марте 1985 г.? А была ли перестройка столь объективно предрешенной, что она была бы в любом случае, даже если бы не было М.С.Горбачёва?

На протяжении 30 лет пропаганда, организованная в своё время в период властвования Горбачёва, пытается убедить всех, что в 1985 г. СССР находился на грани экономического краха и социальной разобщённости, неверия народа своему правительству. Вот и в настоящее время Михаил Сергеевич повторяет давно заученные слова: «Перемены стучались в окна и двери. Надо было решаться на них, как ни рискованно это было и даже опасно. Но сами по себе перемены начаться не могли. Они стали возможны потому, что в СССР пришло к руководству новое поколение политиков, способных на современное мышление и готовых взять на себя ответственность…»[1]

Однако стоило ли в угоду «переменам» приносить в жертву государство и социальное согласие – вот главный вопрос, который хочется задать господину Горбачёву.

Объявленная им перестройка изначально не имела чётко очерченных границ, они всегда были размыты, приблизительны, многословны. И это понятно, ведь главной целью была перестройка социализма в капитализм, а заявить об этом изначально было политически рискованно.

Приход Горбачёва к власти и по сей день вызывает много толков и домыслов. И это неслучайно. В истории трудно найти пример, когда в мирное время за 3 года уходят из жизни подряд 3 (!) руководителя государства.

Тезисы о том, что, дескать, Брежнев, Андропов и Черненко уже были «в возрасте» – смешны. Хотелось бы напомнить, что этот «возраст» на момент смерти составлял: Брежнева – 75 лет, Андропова – 69 лет, Черненко – 73 года. Много это? Не думаю, особенно, если учесть, что Президент США Рональд Рейган был ровесником Черненко (р. в 1911 г.) и умер только в 2004 г., причем в США его «больным стариком» никто не считал. Продолжая список, можно привести ещё интересные сравнения: супруга Л.И.Брежнева – Виктория Петровна Брежнева (р. в 1907 г.) – умерла только в 1995 г., а супруга К.У.Черненко – Анна Дмитриевна Черненко (р. в 1913 г.) – умерла лишь в 2010 (!) году.

Нельзя не вспомнить и ныне здравствующих партийных и государственных деятелей времён перестройки, которым давно уже «далеко за»: М.С.Горбачеву – 84 года, А.И.Лукьянову – 85 лет, Н.И.Рыжкову – 86 лет, Долгих В.И. – 91 год, Е.К.Лигачёву и вовсе – 95 лет.

Так почему же жёны генсеков и «наследники» генсеков пережили их на 15 – 20 лет, а сами руководители государства и партии, имея первоклассное медицинское обслуживание, выглядели так, будто им не 70, а 120 лет?

Разумеется, здесь этот вопрос надо адресовать кремлёвским врачам и, в первую очередь, господину Е.И.Чазову.

В.А.Казначеев, соратник Горбачева по работе на руководящих постах в Ставрополе, приводит интересную информацию: «Я уже рассказывал о том, что академик Чазов, приезжая на Ставрополье, делился с Горбачёвым многим, в частности, регулярно информировал об образе жизни кремлевских обитателей. Со стороны это казалось дружбой. Но так только казалось.

Будучи в курсе состояния здоровья всех руководителей Кремля, академик намекнул Горбачёву, что смерть уносит лидеров одного за другим, как только у них обостряются отношения с США. Причем заболевают они и умирают как-то странно, нелепо. Так, Брежнев, человек, обладавший незаурядной энергией, вдруг захворал астеническим синдромом. Его замедленная реакция, затруднённая речь вызывали насмешки, служили материалом для эстрадных артистов.

У Черненко с невероятной быстротой развивается флегмона. Также неожиданно наступило обострение болезни у Андропова. Военачальники России (имеется в виду СССР – Д.Л.) и Чехословакии Устинов и Дзура после маневров заболели одной и той же болезнью, приведшей их к смерти. Если о смертях генсеков можно спорить, были ли они случайными, то уход из жизни Устинова и Дзура – явное доказательство того, что против них была совершена целенаправленная акция»[2].

Таким образом, трудно было не заметить слишком уж очевидную подозрительность смертей 3 генсеком подряд. Неслучайно, что и в настоящее время все противники США заболевают «странно», «нелепо» и одинаково. Достаточно вспомнить внезапно возникшие онкологические заболевания у Президента Венесуэлы Уго Чависа, Президента Бразилии Дилмы Руссефф и Президента Аргентины Кристины Фернандес де Киршнер. И, по всей видимости, американская методика была «обкатана» на советских лидерах.

Впрочем, думается, что слова Чазова о здоровье партийных и государственных лидеров не сильно расстроили М.С.Горбачёва. Как, впрочем, не расстроили они и его жену, Р.М.Горбачёву, которая не упускала ни одного дня, чтобы не осведомиться у охраны: «какая информация из Москвы?»[3].

В декабре 1984 г. умер Д.Ф.Устинов. Надо сказать, что умер он очень удачно, в самый подходящий момент, поскольку Устинов был тем человеком, который определял кандидатуру будущего генсека. Так было с выдвижением кандидатуры Андропова, так было с выдвижением кандидатуры Черненко. Теперь Устинова не стало.

Всего через 3 месяца не стало и К.У.Черненко. Удивительно, но 2 раза, заявляя о своём намерении оставить пост Генерального секретаря ЦК КПСС[4], Черненко получал от Политбюро и его отдельных членов категорические возражения и советы «просто немного подлечиться». Почему же так было? Думается, потому, что в Политбюро были люди опытные, которые понимали, что с поста никто просто так не уходит. Если Черненко уйдет, то он обязательно назовет имя преемника, а членам Политбюро хотелось нового генсека избрать самим, а, следовательно, для этого надо дождаться смерти прежнего.

И эта смерть наступила 10 марта 1985 г. И эта смерть наступила также очень удачно и очень вовремя, поскольку в Москве из 10 членов Политбюро отсутствовало 4, причём, как считается, противников Горбачева: Воротников – был в Югославии, Кунаев – был в Алма-ате, Романов – отдыхал в Литве, Щербицкий – возглавлял делегацию Верховного Совета СССР в США.

Однако на состоявшемся вечернем заседании Политбюро 10 марта 1985 г. новый генсек так и не был определён, поэтому заседание было перенесено на 14.00 11 марта, чтобы ночью можно было всё обдумать и взвесить.

Но именно в эту ночь с 10 на 11 марта 1985 г. Лигачёв, Горбачёв и Чебриков остались в Кремле и вели подготовку к тому, чтобы генсеком был избран именно М.С.Горбачёв. Также в Кремль были вызваны ночью Загладин, Александров, Лукьянов и Медведев для написания речи для лица, которое будет избрано Генеральным секретарем ЦК КПСС[5].

Если верить В.А.Печеневу, то между А.И.Вольским и М.С.Горбачёвым состоялся интересный диалог: «Аркадий Иванович (Вольский – Д.Л.), заглядывая в светлые, печальные глаза Горбачёва, доверительно спросил его: «Михаил Сергеевич, а доклад на Пленуме Вы будете делать?». «Аркадий, не выё…ся – дипломатично ответил Горбачёв»[6].

Таким образом, очевидно, что М.С.Горбачёв готовил речь будущего генсека не «для кого-то», а исключительно для себя.

Одновременно всю ночь Е.К.Лигачёв обзванивал первых секретарей региональных отделений партии, то есть членов ЦК, и агитировал их в пользу Горбачёва. На следующий день, 11 марта 1985 г., до 14.00, т.е. до судьбоносного заседания Политбюро, уже происходили непосредственные встречи Е.К.Лигачева с членами ЦК[7].

Результаты выборов генсека на Политбюро и затем на Пленуме – известны…

После смерти Брежнева Пленум был созван только на 3 день, после смерти Андропова – на 4 день, после смерти Черненко – Пленум был созван всего за 20 часов. Военные обеспечили переброску членов ЦК военными самолётами[8].

По словам Печенева В.А. все произошедшее было «маленьким государственным переворотом», а по-нашему мнению, – блестяще проработанной спецоперацией…

[1] М.С. Горбачев. 30-летие Перестройки и современность. Лекция, прочитанная в международном университете 12.02.2015 г. // Сайт Горбачев-фонда. URL: Источник. Дата обращения к сайту: 10.03.2015 г.[2] Казначеев В.А. Последний генсек. М., 1996 г. С.с. 180-181.[3] Прибытков В.В. Черненко. Серия «ЖЗЛ». М., 2009 г. С.с. 132-133.[4] Там же. С. 202.[5] Островский А.В. Кто поставил Горбачёва? М., 2010 г. С.с. 502-502.[6] Там же. С. 504.[7] Там же. С.с. 507, 514.[8] Там же. С. 521.

Источник

Источник: www.pravda-tv.ru

pandoraopen.ru

Избрание М.С.Горбачева Генеральным секретарём ЦК КПСС

11 марта 2015 г. исполняется 30 лет с момента избрания М.С.Горбачева Генеральным секретарём ЦК КПСС.

Как известно, приход к власти нового лидера было встречено с воодушевлением, но уже через 6 лет принятое им к управлению государство лежало в руинах, а общество было поражено апатией, межнациональными конфликтами, сектами и гипнотическими экспериментами Кашпировского, а другими проявлениями социального разложения.

В этой связи всегда невольно возвращаешься к одному и тому же вопросу: а был ли возможен другой вариант развития событий в марте 1985 г.? А была ли перестройка столь объективно предрешенной, что она была бы в любом случае, даже если бы не было М.С.Горбачёва?

На протяжении 30 лет пропаганда, организованная в своё время в период властвования Горбачёва, пытается убедить всех, что в 1985 г. СССР находился на грани экономического краха и социальной разобщённости, неверия народа своему правительству. Вот и в настоящее время Михаил Сергеевич повторяет давно заученные слова: «Перемены стучались в окна и двери. Надо было решаться на них, как ни рискованно это было и даже опасно. Но сами по себе перемены начаться не могли. Они стали возможны потому, что в СССР пришло к руководству новое поколение политиков, способных на современное мышление и готовых взять на себя ответственность…»[1]

Однако стоило ли в угоду «переменам» приносить в жертву государство и социальное согласие — вот главный вопрос, который хочется задать господину Горбачёву.

Объявленная им перестройка изначально не имела чётко очерченных границ, они всегда были размыты, приблизительны, многословны. И это понятно, ведь главной целью была перестройка социализма в капитализм, а заявить об этом изначально было политически рискованно.

Приход Горбачёва к власти и по сей день вызывает много толков и домыслов. И это неслучайно. В истории трудно найти пример, когда в мирное время за 3 года уходят из жизни подряд 3 (!) руководителя государства.

Тезисы о том, что, дескать, Брежнев, Андропов и Черненко уже были «в возрасте» — смешны. Хотелось бы напомнить, что этот «возраст» на момент смерти составлял: Брежнева — 75 лет, Андропова — 69 лет, Черненко — 73 года. Много это? Не думаю, особенно, если учесть, что Президент США Рональд Рейган был ровесником Черненко (р. в 1911 г.) и умер только в 2004 г., причем в США его «больным стариком» никто не считал. Продолжая список, можно привести ещё интересные сравнения: супруга Л.И.Брежнева — Виктория Петровна Брежнева (р. в 1907 г.) — умерла только в 1995 г., а супруга К.У.Черненко — Анна Дмитриевна Черненко (р. в 1913 г.) — умерла лишь в 2010 (!) году.

Нельзя не вспомнить и ныне здравствующих партийных и государственных деятелей времён перестройки, которым давно уже «далеко за»: М.С.Горбачеву — 84 года, А.И.Лукьянову — 85 лет, Н.И.Рыжкову — 86 лет, Долгих В.И. — 91 год, Е.К.Лигачёву и вовсе — 95 лет.

Так почему же жёны генсеков и «наследники» генсеков пережили их на 15 — 20 лет, а сами руководители государства и партии, имея первоклассное медицинское обслуживание, выглядели так, будто им не 70, а 120 лет?

Разумеется, здесь этот вопрос надо адресовать кремлёвским врачам и, в первую очередь, господину Е.И.Чазову.

В.А.Казначеев, соратник Горбачева по работе на руководящих постах в Ставрополе, приводит интересную информацию: «Я уже рассказывал о том, что академик Чазов, приезжая на Ставрополье, делился с Горбачёвым многим, в частности, регулярно информировал об образе жизни кремлевских обитателей. Со стороны это казалось дружбой. Но так только казалось.

Будучи в курсе состояния здоровья всех руководителей Кремля, академик намекнул Горбачёву, что смерть уносит лидеров одного за другим, как только у них обостряются отношения с США. Причем заболевают они и умирают как-то странно, нелепо. Так, Брежнев, человек, обладавший незаурядной энергией, вдруг захворал астеническим синдромом. Его замедленная реакция, затруднённая речь вызывали насмешки, служили материалом для эстрадных артистов.

У Черненко с невероятной быстротой развивается флегмона. Также неожиданно наступило обострение болезни у Андропова. Военачальники России (имеется в виду СССР — Д.Л.) и Чехословакии Устинов и Дзура после маневров заболели одной и той же болезнью, приведшей их к смерти. Если о смертях генсеков можно спорить, были ли они случайными, то уход из жизни Устинова и Дзура — явное доказательство того, что против них была совершена целенаправленная акция»[2].

Таким образом, трудно было не заметить слишком уж очевидную подозрительность смертей 3 генсеком подряд. Неслучайно, что и в настоящее время все противники США заболевают «странно», «нелепо» и одинаково. Достаточно вспомнить внезапно возникшие онкологические заболевания у Президента Венесуэлы Уго Чависа, Президента Бразилии Дилмы Руссефф и Президента Аргентины Кристины Фернандес де Киршнер. И, по всей видимости, американская методика была «обкатана» на советских лидерах.

Впрочем, думается, что слова Чазова о здоровье партийных и государственных лидеров не сильно расстроили М.С.Горбачёва. Как, впрочем, не расстроили они и его жену, Р.М.Горбачёву, которая не упускала ни одного дня, чтобы не осведомиться у охраны: «какая информация из Москвы?»[3].

В декабре 1984 г. умер Д.Ф.Устинов. Надо сказать, что умер он очень удачно, в самый подходящий момент, поскольку Устинов был тем человеком, который определял кандидатуру будущего генсека. Так было с выдвижением кандидатуры Андропова, так было с выдвижением кандидатуры Черненко. Теперь Устинова не стало.

Всего через 3 месяца не стало и К.У.Черненко. Удивительно, но 2 раза, заявляя о своём намерении оставить пост Генерального секретаря ЦК КПСС[4], Черненко получал от Политбюро и его отдельных членов категорические возражения и советы «просто немного подлечиться». Почему же так было? Думается, потому, что в Политбюро были люди опытные, которые понимали, что с поста никто просто так не уходит. Если Черненко уйдет, то он обязательно назовет имя преемника, а членам Политбюро хотелось нового генсека избрать самим, а, следовательно, для этого надо дождаться смерти прежнего.

И эта смерть наступила 10 марта 1985 г. И эта смерть наступила также очень удачно и очень вовремя, поскольку в Москве из 10 членов Политбюро отсутствовало 4, причём, как считается, противников Горбачева: Воротников — был в Югославии, Кунаев — был в Алма-ате, Романов — отдыхал в Литве, Щербицкий — возглавлял делегацию Верховного Совета СССР в США.

Однако на состоявшемся вечернем заседании Политбюро 10 марта 1985 г. новый генсек так и не был определён, поэтому заседание было перенесено на 14.00 11 марта, чтобы ночью можно было всё обдумать и взвесить.

Но именно в эту ночь с 10 на 11 марта 1985 г. Лигачёв, Горбачёв и Чебриков остались в Кремле и вели подготовку к тому, чтобы генсеком был избран именно М.С.Горбачёв. Также в Кремль были вызваны ночью Загладин, Александров, Лукьянов и Медведев для написания речи для лица, которое будет избрано Генеральным секретарем ЦК КПСС[5].

Если верить В.А.Печеневу, то между А.И.Вольским и М.С.Горбачёвым состоялся интересный диалог: «Аркадий Иванович (Вольский — Д.Л.), заглядывая в светлые, печальные глаза Горбачёва, доверительно спросил его: «Михаил Сергеевич, а доклад на Пленуме Вы будете делать?». «Аркадий, не выё…ся — дипломатично ответил Горбачёв»[6].

Таким образом, очевидно, что М.С.Горбачёв готовил речь будущего генсека не «для кого-то», а исключительно для себя.

Одновременно всю ночь Е.К.Лигачёв обзванивал первых секретарей региональных отделений партии, то есть членов ЦК, и агитировал их в пользу Горбачёва. На следующий день, 11 марта 1985 г., до 14.00, т.е. до судьбоносного заседания Политбюро, уже происходили непосредственные встречи Е.К.Лигачева с членами ЦК[7].

Результаты выборов генсека на Политбюро и затем на Пленуме — известны…

После смерти Брежнева Пленум был созван только на 3 день, после смерти Андропова — на 4 день, после смерти Черненко — Пленум был созван всего за 20 часов. Военные обеспечили переброску членов ЦК военными самолётами[8].

По словам Печенева В.А. все произошедшее было «маленьким государственным переворотом», а по-нашему мнению, — блестяще проработанной спецоперацией…

Д.А. Лукашевич

[1] М.С. Горбачев. 30-летие Перестройки и современность. Лекция, прочитанная в международном университете 12.02.2015 г. // Сайт Горбачев-фонда. URL: http://www.gorby.ru/userfiles/30_letie_perestroyki_i_sovremennost.pdf. Дата обращения к сайту: 10.03.2015 г.[2] Казначеев В.А. Последний генсек. М., 1996 г. С.с. 180-181.[3] Прибытков В.В. Черненко. Серия «ЖЗЛ». М., 2009 г. С.с. 132-133.[4] Там же. С. 202.[5] Островский А.В. Кто поставил Горбачёва? М., 2010 г. С.с. 502-502.[6] Там же. С. 504.[7] Там же. С.с. 507, 514.[8] Там же. С. 521.

www.odigitria.by