Толкование сновидений в теории Фрейда. Теория сновидений по фрейду


Теория снов Зигмунда Фрейда - МедПросвита

24 июля 1895 года- эту дату Фрейд сохранил и увековечил целенаправленно, так как в этот день он постиг тайну толкования сновидений.

Толкование сновидений — один из трудов, который принес Зигмунду Фрейду известность. Это самый неоднозначный и сложный метод постижения внутреннего мира человека.

Расшифровка сновидений по методу, который изобрел и применял Фрейд до сих пор вызывает яростную критику многих ученых.

У нашего подсознания особый символический язык — язык образов. У каждого человека свои образы. Дать им общую характеристику практически нереально! Или все-таки возможно?

Вы решили раскрыть суть своего сновидения и обратились за помощью к специалисту. Но для того чтобы он смог расшифровать скрытые мотивы вашего сна, кроме общепринятой символики расшифровки ему прежде всего нужно узнать вас и провести с вами психоанализ. Только после этого можно действительно расшифровать ваше сновидение.

Фрейд дал не специфическую расшифровку символов, которые возникают в сновидениях, он дал принципы самой расшифровки снов.

24 июля Фрейд понял, что сны — это попытка подсознания рассказать об истинных желаниях и чувствах без цензуры.

Так что же лежит в основе толкования сновидений с позиции Зигмунда Фрейда?

Сновидения представляют собой — борьбу потребностей. При этом следует отличать сон — как сам физиологический процесс во время которого мы спим и сновидения — то, что мы наблюдаем в процессе сна.

Сон также представляет собой потребность, но дело в том, что в человеке в течении дня или определенного периода накапливаются определенные потребности, которые не дают ему спать. То есть сновидения представляют собой галлюцинаторное удовлетворение неудовлетворенных потребностей в процессе сна.

Почему же в наших сновидениях мы видим образы и картины, которые как нам кажется не связанные с нашей обычной жизнью или которые для нас вообще являются нереальными?

Все дело в том, что сновидения используют определенные механизмы и осуществляет определенную работу, чтобы перевести скрытое содержание в явное.

Скрытое — это то содержание, которое подразумевалось, а явное — это то, которое мы видим. Если работа сновидений состоит из того, чтобы перевести скрытое в явное, то работа психоаналитика в обратном. А именно перевод явного в скрытое, а точней расшифровки всего скрытого при помощи использования свободных ассоциаций.

Что лежит в механизмах расшифровки сновидений?

1.В явном содержании мы наблюдаем намного меньше информации, чем содержится в скрытом. Сновидение как бы урезает эту информацию выделяя наши намерения.

2.На наши сновидения влияет наша цензура. Цензура — это такая инстанция, которая не позволяет проникать в наши явные сновидения тем образам, которые для нас морально неприемлемы.

3.Наши сновидения используют определенные символы, чтобы изобразить определенные вещи или наши желания и стремления.

4.Перевод мыслей в зрительные образы. Во сне мы как правило не думаем, а просто наблюдаем определенную картинку, испытываем ощущения и желания. То есть в итоге все сводится к методу свободных ассоциаций.

Зигмунд Фрейд не смог в полной мере раскрыть все механизмы работы сновидений, которые без конца преломляются и искажаются в зависимости от посыла импульсов нашего подсознания. Но ему все же удалось проделать колоссальную работу в этом направлении. Он стал первым, кто заявил, что сновидения не представляют из себя какую-то целостную конструкцию, именно по этому их нужно анализировать по частям. Анализируя отдельные моменты, символы и картинки из сновидений.

Труды Зигмунда Фрейда по толкованию сновидений стали великой прочной основой, которую стали использовать его последователи. Сегодня существует множество усовершенствованных методик толкования сновидений. Но идея Зигмунда о том, что сновидения удовлетворяют накопившиеся потребности человека остаются непоколебимой.

medprosvita.com.ua

Теории сновидений

По К.-Г. Юнгу, сны играют важную дополнительную (или компенсаторную) роль в психике (Фрейджер Р., Фрейдимер Д., 2001, 99). По его мнению, общая функция снов заключается в попытке восстановить наш психологический баланс, продуцируя материал сна, который восстанавливает трудноуловимым способом общее психическое равновесие.

Юнг подходил к сновидениям как к живым реальностям. Он пытался раскрыть значение символов сна, и при  этом отошел от свойственного психоанализу доверия к свободным ассоциациям в анализе сновидений.

По его мнению, для интерпретации снов не может быть простой механической системы, так как сон связан с символами, имеющими более одного значения. Анализ сна должен предприниматься с учетом аттитюдов, опыта и биографии сновидца. Помощь аналитика важна, но в итоге только сновидец может знать, что означает сон. «Образ является сконцентрированным выражением психической ситуации, не единственным  и даже не преобладающим - простым и чистым содержанием бессознательного (Юнг, 1921, р. 442).

Джереми Тейлор (Jeremy Taylor), признанный авторитет в юнгианской теории сновидений, постулирует основные предположения относительно снов (1992, р. 11):

1. Все сны служат здоровью и целостности.

2. Сны не просто рассказывают сновидцу то, что он или она уже знает.

3. Только сновидец может с уверенностью сказать, может ли произойти то, что означает сон.

4. Не бывает сна только с одним значением.

5. Все сны говорят на универсальном языке, языке метафоры и символа.

Более важным, чем когнитивное понимание сна, является его понимание как акта извлечения опыта из материала сна. Сны следует рассматривать не как изолированные события, но как сообщения, идущие из бессознательного. Сон - процесс, создающий диалог между сознанием и бессознательным, и является важным шагом их интеграции.

В неспособности интегрировать сознание и бессознательное, которые комплиментарны по своей природе, кроется причина психических заболеваний. Для достижения нормального состояния развития психотерапевт должен использовать архетипы коллективного бессознательного, которые воплощаются в некие видимые формы. Эти архетипы могут быть выявлены в процессе анализа сновидений и их интерпретации.

На место свободных ассоциаций Фрейда Юнг ставит амплификацию (см. словарь понятий), «направленные ассоциации он использует для выявления символов и мотивов бессознательного, для того, чтобы раскрыть значение сновидения и понять проблему пациента» (Сахакиан, 2000, с. 106-107).

Утраченная гармония между сознанием и бессознательным восстанавливается с помощью сновидений. Они приносят воспоминания, инсайды, переживания, пробуждают скрытые качества личности и раскрывают бессознательные элементы в их отношениях. Благодаря их компенсаторному поведению анализ сновидений открывает новые взгляды и пути выхода из тупика.

В сериях сновидений выделяется феномен, чем-то напоминающий процесс развития внутри личности. Отдельные акты компенсации превращаются в подобие плана, ведущего к одной общей цели, словно шаги на пути развития. Этот процесс спонтанного самовыражения в символике серий сновидений Юнг назвал процессом индивидуации.

Толкование сновидений невыполнимо без знаний мифологии и фольклора, без понимания психологии древности и примитивных народов, а также религий. Это помогает выделить сущностный момент процесса индивидуации, который лежит в основе психологической компенсации.

Юнг разделяет сны на «большие», «средние» и «маленькие», или как мы можем сказать, на важные, средние и незначительные сновидения.

«Маленький» сон - это ночной фрагмент фантазий, которые пришли из субъективной и личной сферы и ограничен влиянием одного дня. Такие сны легко забываются, так как отражают ежедневные флуктуации психического баланса.

В «средних» сновидениях можно выделить структуру, сходную со строением драмы: описание места, развитие интриги, кульминация или перипетии, решение или результат.

Сущность сновидческих действий заключается в некоторой компенсации односторонности, ошибок, отклонений или других недоработок сознательной позиции.

Юнг считает, что многие люди «склонны поддаваться предрассудку о том, что сновидения преследуют некие моральные цели, что они предостерегают, порицают, утешают, предсказывают будущее» (Сахакиан, 2000, с.127). В этот период своего творчества он призывает не переоценивать бессознательное, так как это может привести к ухудшению процесса принятия сознательных решений. Бессознательная функция действует успешно, когда выполняет требования сознания в ограниченном количестве. Сновидение может помочь там, где в этом есть необходимость, или подсказать решение тогда, когда наши усилия потерпели полный провал, но бессознательное не занимает доминирующей позиции по сравнению с сознанием.

«Большие» (важные) смысловые сны часто помнятся всю жизнь и отказывают большое влияние на психический опыт. Они содержат символические образы, которые мы встречаем на протяжении всей истории человечества. В этих снах, относящихся к процессу индивидуации, мы находим мифологические мотивы или мифологемы, которые Юнг обозначил как архетипы. Они могут быть поняты как особые формы игруппы образов, которые встречались не только везде и во все времена, но и в индивидуальных сновидениях, фантазиях, видениях и иллюзорных идеях. Юнг убежден, что человеческая психика уникальна и субъективна, и в тоже время личностна только частично, так как в глубине своей она коллективна и объективна (Сахакиан, 2000, с. 123).

«Большое», несущее смысл сновидение поднимается с глубинного уровня коллективного бессознательного, сохраняя свое значение, отличающееся от субъективного выражения, которое оно использует, благодаря пластичности форм. Такие сновидения чаще встречаются в критические моменты жизни. «Этот архетипический продукт не связан с личным опытом, а связан с основной идеей, чей смысл заложен внутри нее, а не в личном опыте и личных ассоциациях» (Jung C. G., On the Nature of Dreams, The Structure and Dynamics of the Psyche, pp. 288-296).

Некоторые сновидения могут быть осмыслены только с помощью мифологии, когда становится понятно, что мы столкнулись с коллективной эмоцией, типичной ситуацией, полной аффекта, которая не пришла напрямую из личного опыта. Это может быть универсальная проблема, которая, появившись в чьем-то субъективном мире, вывела себя в сознание сновидца как объективную.

Силы бессознательного могут взять верх на «маской» человека, в форме архетипического сновидения. Сновидение использует коллективные образы и фигуры, потому что выражает извечные человеческие проблемы, которые повторяются бесконечное число раз, и не связаны с нарушением только индивидуального равновесия.

Универсальные законы человеческой судьбы разбивают цели, ожидания, взгляды, принадлежащие личному сознанию. Эти размышления связаны со смыслами «больших» сновидений, с процессом реализации той части личности, которая еще не воплотилась, а находится в процессе становления.

Итак, сны создают важные компенсации. Они не очевидны и не понятны. Сны - это природная случайность, а природа не склонна приспосабливаться к человеческому сознанию. Мы можем усилить эффект компенсации, поняв сновидение, и это необходимо, поскольку голос бессознательного так легко становится неслышным.

Под конец жизни, в 1957 году Юнг прочел лекцию «о синхронистичности», и в этом же году опубликовал одноименную работу. В этой работе компенсаторная функция сновидений не упоминается, но образы сновидений встраиваются в такой ряд событий, который невозможно объяснить с  точки зрения причинности. Приводя пример такого ряда из шести событий, где ключевым образом является «рыба» (и сновидение с образом рыбы в том числе), Юнг все же считает эту группу событий совпадением. Приводя еще один случай совпадений, он пишет, что «иногда трудно отделаться от впечатления, что имеет место предчувствие наступления серии определенных событий» (Юнг,1997, с.182). Особо возникает вопрос: что побуждает человека запоминать то первое событие, которое создает основу серии случайных событий.

«Чем больше нагромождается «предвиденных» деталей события, тем сильнее впечатление существования предчувствия, и тем невероятнее кажется случайность» (Юнг,1997, с.182). Следующий пример особенно ценен тем, что иллюстрирует совпадение сновидения и события в бодрствующем состоянии, которое произошло с другом Юнга, когда он узнал город из своего сна. «Он нашел и площадь, и собор,которые точно соответствовали тем, что приснились ему.…  Не успел он повернуть за угол, как на самом деле увидел карету, запряженную двумя булаными лошадьми» (Юнг,1997, с.183).

Юнг обнаружил, что «ощущение уже виденного»  (sentiment du deja-vu)  в большом количестве случаев основывается на предчувствии во время сна (это предчувствие может посетить и во время бодрствования).  «В таких случаях простая случайность становится крайне маловероятной, потому что совпадение известно заранее. Оно утрачивает свой случайный характер не только психологически и субъективно, но и объективно, поскольку накопление совпадающих деталей неизмеримо уменьшает вероятность случайности, как определяющего фактора» (Юнг,1997, с.183). Если в данных случаях неуместно говорить о «случайности» происходящего, то это уж вопрос «смыслового совпадения».  «Как правило, его объясняют предчувствием - иными словами, предвидением» (Юнг,1997, с.183). Можно говорить и о ясновидении, телепатии и т. п., но это, по мнению Юнга,  «не научные концепции, которые могут считаться формулировкой принципа, ибо никому еще не удалось построить причинный мост между элементами, образующими «смысловое совпадение» (Юнг,1997, с.183).

Так как причинное объяснение невозможно дать, то остается назвать эти «невероятные происшествия беспричинной природы» «смысловыми совпадениями».

Опираясь на эксперименты Д. Б. Райна  («карты Зенера»), Юнг считает, что психе может преодолевать пространственный фактор, а  временной фактор может стать психически относительным. Концепция энергии здесь неуместна, не годится также и закон причинности.

Пример Юнга о своей пациентке, которая накануне увидела во сне золотого скарабея, и потом скарабей влетел в окно во время сеанса психотерапии, еще раз ярко демонстрирует роль сновидений в смысловых совпадениях. Юнг считает, что эта история «не более чем парадигма бесчисленных случаев «смысловых совпадений», которые наблюдались» не только им, «но и многими другими, и обильно задокументированы».

Далее я привожу обширную цитату, где Юнг классифицирует все случаи «смыслового совпадения». «Они включают в себя все, что относится к категории ясновидения, телепатии и т. д., от подтвержденного очевидцами видения Сведеборгом большого пожара в Стокгольме до недавнего рассказа маршала авиации сэра Виктора Годара о сновидении неизвестного офицера, в котором была предсказана действительно имевшая впоследствии место авария самолета Годара.

Все упомянутые мною феномены можно разделить на три категории:

1) Совпадение психического состояния наблюдателя с происходящим в момент этого состояния, объективным, внешним событием, которое соответствует психическому состоянию или его содержимому (например, скарабей), в котором не прослеживается причинная связь между психическим состоянием и внешним событием, и в котором, учитывая психическую относительность времени и пространства, такой связи не может и быть.

2) Совпадение психического состояния с соответствующим (происходящим более-менее в то же время) внешним событием, имеющим место за пределами восприятия наблюдателя, то есть на расстоянии, удостовериться в котором можно только впоследствии (например, стокгольмский пожар).

3) Совпадение психического состояния с соответствующим, но еще не существующим будущим событием, которое значительно отдалено во времени и реальность которого тоже может быть установлена только впоследствии.

События групп 2 и 3 еще не присутствуют в поле зрения наблюдателя, но уже ему известны, если, конечно, их реальность будет подтверждена. Поэтому я назвал эти события "синхронистическими", что не следует путать с "синхронными"  (Юнг,1997, с.187).

Если между параллельными событиями нельзя проследить никакой причинной связи, и единственной заметной и доказуемой связью между ними является общность смысла или эквивалентность, то это также есть основа древней теории соответствия «высшей точкой, а заодно и временным концом которой стала идея Лейбница о заранее установленной гармонии» (Юнг,1997, с.192). Синхронистичность - это, по мнению Юнга современный и модернизированный вариант устаревшей концепции соответствия, взаимопонимания и гармонии, который основан на эмпирических ощущениях и экспериментах.

Интересующие нас «синхронистические феномены доказывают возможность одновременной смысловой эквивалентности разнородных, причинно не связанных друг с другом процессов; иными словами, они доказывают, что воспринятое наблюдателем содержимое может быть, в то же самое время, представлено каким-то внешним событием, причем без всякой причинной связи. Из этого следует или что психе расположена вне пространства, или что пространство родственно (связано) с психе. То же самое относится к временному (темпоральному) определению психе и к психической относительности времени» (Юнг,1997, с.192).

В дополнение к вышесказанному Юнг предполагает, «что психический фактор, который модифицирует или даже  исключает принципы, лежащие в основе мировоззрения физика, связан с эмоциональным состоянием субъекта» (Юнг,1997, с.185). 

Обобщая вышесказанное, мы можем констатировать следующее:

1. Юнг разграничил сны на три группы: большие смысловые (важные), средние и маленькие (незначительные). Большие смысловые сны содержат символические образы (архетипы), относящиеся к процессу индивидуации, и оказывающие большое влияние на психический опыт, так как архетипический продукт не связан с личным опытом.

2. Сны для Юнга - живая реальность и они играют дополнительную (компенсаторную) роль в психике, восстанавливая общее психическое равновесие, и открывая новые пути выхода из тупика.

3. Сон - процесс, создающий диалог между сознанием и бессознательным, что способствует психическому здоровью и восстановлению утраченной гармонии.

4. На место свободных ассоциаций Фрейда Юнг ставит амплификацию, и только сновидец  может знать, что означает сон.

5. Уникальная и субъективная психика человека в глубине своей коллективна и объективна.

6. Архетипические сновидения могут выразить коллективные образы извечных человеческих проблем, и они не связаны с нарушением только индивидуального равновесия.

7. «Ощущение уже виденного» часто основывается на предчувствии во время сна.

8. При «смысловом совпадении» не прослеживается причинная связь между психическим состоянием и внешним событием, и в котором, учитывая психическую относительность времени и пространства, такой связи не может и быть.

9. Синхронистические феномены доказывают возможность одновременной эквивалентности разнородных, причинно не связанных друг с другом процессов.

10. Архетипические сновидения содержат аффективные переживания, а психический фактор, связан с эмоциональным состоянием субъекта.

Литература:

1. Сахакиан У. С. Техники консультирования и психотерапии. Тексты./ Ред. и сост. У.С. Сахакиан. Пер. с англ. - М.: Апрель Пресс, Из-во ЭКСМО-Пресс, 2000. - 624 с.2. Фрейджер Р., Фрейдимер Д. Личность: теории, эксперименты, упражнения. - СПб.: прайм-    ЕВРОЗНАК, 2001. - 864 с.3. Юнг К. Г. Синхронитстичность. Сборник. Пер. с англ., - М., «Рефл-бук», К.: «Ваклер», 1997 - 320 с.4.  Jung, C. G. Psychological types. In Colleeted works (Vol. 6). (Originally published, 1921.)5. Taylor, J. (1992). Where people fly and water runs uphill: Using dreams to tap the wisdom of the unconscion. New York: Warner Books.

www.skravchenko.ru

Психоаналитическая теория сновидений З.Фрейда | Психология темпоральная

Зигмунд Фрейд считал, что сновидение - это способ высвобождения неосуществленных желаний человека посредством его сознания без пробуждения физического тела. По его мнению, физические раздражители, дневные переживания и разного рода мечты воспроизводятся в реальном сновидении, трансформируясь в нем. Сновидение само по себе не возникает, а его появление связано с определенными проблемами, стоящими перед человеком, хотя это явно и не раскрывается в контексте сновидения. Почти каждое сновидение может быть понято как осуществленное желание, как альтернативный путь для удовлетворения требованиям бессознательного.

Исходя из детального анализа десятков сновидений, соотнося их с событиями жизни человека, Фрейд сумел показать, что деятельность сновидения - это процессы:

- сгущения- смещения (главное средство искажения сновидения)- отбора- искажения- трансформации- перестановки- перемещения и других модификаций первоначального желания.

Эти изменения делают модифицированное желание приемлемым для эго, если первоначальное желание было в целом неприемлемо для бодрствующего сознания.

В контексте психоанализа терапевт помогает пациенту в толковании сновидений, чтобы содействовать раскрытию у него бессознательных мотивов. Индивидуальные ассоциации, возникающие по поводу собственных сновидений, являются более важными, чем любой предвзятый набор руководств по их толкованию.

В 1932 году Фрейд написал ряд лекций, в которых он пересматривает теорию сновидений (2001, стр. 272). На сновидениях он доказал правильность психоанализа, в котором симптомы невротического заболевания  имеют свой смысл, и служат какому-то намерению. Он провел полную аналогию между построением сновидений и невротических симптомов, считая процесс выздоровления аналогичным превращению спящего человека в бодрствующего.

Фрейд констатирует принципиальное различие между явным содержанием сновидения и его скрытыми мыслями (материалом сновидения), и считает, что сутью сновидения является процесс работы сновидения, а не его материал. Когда же путают сновидение с его скрытыми  мыслями, то сновидение может представлять все, что содержат скрытые мысли, и может быть заменено ими (т. е.,  намерением, предостережением, рассуждением, приготовлением, попыткой решения какой-то задачи и т. д.).  Таким образом, бессознательная работа мышления человека (скрытые мысли) не тождественна работе сновидения. Но именно из оценки скрытых мыслей сновидений мы узнаем, что все эти сложные душевные процессы могут проходить бессознательно.

Сновидение является краткой выжимкой из ассоциаций, а его элементы выступают как бы избранными представителями всего их множества. Ассоциации к сновидению еще не являются скрытыми мыслями сновидения, они лишь «касаются их намеками».

Столкнувшись с проблемой аффектов в сновидении, Фрейд признавал, что во всей теории сновидений этот момент самый уязвимый. Если сновидение является исполнением желания, то во сне невозможны мучительные ощущения. «При травматических неврозах все обстоит  по-другому, здесь сновидения постоянно приводят к страху», и он не боится признать, «что в этом случае функция сновидения не срабатывает» (Фрейд, 2001, с. 285).

При всем этом он констатирует, что с помощью его метода можно толковать не все сновидения, «но столь многие, что это убеждает в пригодности метода». (2001, стр. 276).

Бессознательное влечение и есть создатель сновидения, его движущая сила. «Как и любое другое влечение, оно стремиться не к чему иному, как к своему собственному удовлетворению <…>  это и является смыслом всего сновидения». По мнению Фрейда в любом сновидении влечение должно предстать как осуществление. Желаемое удовлетворение влечения переживается галлюцинаторно как реальное. Скрытые мысли сновидения драматизируются и иллюстрируются.

Если раньше Фрейд настаивал, что сновидение есть исполнение желания, то с учетом последних размышлений, он пришел к выводу, «что сновидение является попыткой исполнения   желания» (2001, 286).

В тридцатой лекции, которая названа «Сновидения и оккультизм», Фрейд считает, что сновидения могут помочь в понимании такого явления как телепатия.

«Телепатией мы называем предполагаемый факт, когда событие, происходящее в определенное время, примерно в то же время осознается отдаленным в пространстве лицом, при этом известные нам способы сообщения нельзя принимать в расчет. Молчаливой предпосылкой является то, что данное событие касается лица, к которому другое лицо, принимающее известие, имеет сильный эмоциональный интерес» (2001, 289).

Телепатический феномен имеет мало общего со сновидением, он может возникнуть и в состоянии бодрствования. По мнению Фрейда, состояние сна все же кажется особенно подходящим для приема телепатического послания. Во сне телепатическое известие играет ту же  роль, что и любой другой остаток дневных впечатлений. И как  таковое оно оказывается измененным в результате работы сновидения, подчинившись ее тенденции.

Фрейд приводит пример сновидения, благодаря которому «явно интеллектуальный человек без малейших  оккультных наклонностей» смог узнать о рождении близнецов у его дочери, которая проживала далеко от него, за сутки до того, как пришла телеграмма с сообщением об этом событии.

«Толкование сновидения показало нам, что это сновидение телепатическое, психоанализ вскрыл телепатические факты, которые мы иначе не смогли бы узнать» (с. 291). Фрейд убежден, что не сновидение дает нам какие-то знания о телепатии, а толкование сновидения, психоаналитическая обработка, и что применение психоанализа в дальнейшем «прольет некоторый свет на другие факты, называемые оккультизмом» (с.291). По его мнению, феномен индукции, или передачи мыслей, весьма близкий к телепатии, и означает, что «душевные процессы одного лица, его представления, состояния возбуждения, волевые побуждения могут передаваться сквозь свободное пространство другому лицу без использования известных способов сообщения словами и знаками» (с.291-292). Фрейд сообщает, что при лечении пациентов психоаналитическим методом у него сложилось впечатление, что «занятия профессиональных предсказателей таят в себе благоприятную возможность особенно безупречного наблюдения за передачей мыслей» (с.292).

Фрейд «собрал целый ряд таких пророчеств и из всех них вынес впечатление, что предсказатель выразил только мысли обратившихся к нему лиц и особенно их тайные желания, так что справедливо было бы проанализировать такие пророчества, как если бы они являлись субъективными продуктами, фантазиями или сновидениями этих лиц» (с. 293). Конечно, не все случаи одинаково доказательны, но «очень велика вероятность действительной передачи мыслей» (с. 293).

Фрейд приводит еще несколько примеров из собственной практики, анализируя все за и против, и признается, «что, по-моему, чаша весов и здесь склоняется в пользу передачи мыслей» (с. 300). И он не единственный из аналитиков, кому приходилось переживать такие «оккультные» случаи в аналитической ситуации. В 1926 году Елена Дейч «опубликовала подобные наблюдения и изучала их обусловленностьотношениями перенесения между пациентом и аналитиком» (с. 300).

Фрейд считает, что объективное отношение к возможности передачи мыслей, а вместе с тем и телепатии, возможно с помощью психоанализа. Впервые Фрейд столкнулся с ними в начале 20-х годов и «испытал страх пред угрозой нашему научному мировоззрению». Через десять лет (в 1932 году) он уже думал по-другому, и считал, что передача мыслей благоприятствует распространению научного образамышления на столь трудно постижимую духовную область. «Ведь телепатический процесс, должно быть, в том и заключается, что какой-то психический акт одного лица возбуждает тождественный психический акт у другого лица» (с. 301). Фрейд предполагал, что та сущность, что лежит между обоими психическими актами, легко может быть физическим процессом, и тогда аналогия с телефоном была бы несомненной. Он позволяет себе помечтать о том, что бы было, «если бы можно было бы овладеть этим физическим эквивалентом психического акта». Включив бессознательное между физическим и тем, что называется «психическим, психоанализ подготовил почву для предположения таких процессов, как телепатия» (с. 301).

Мысли Фрейда уходят на феномены осуществления общей воли в больших колониях насекомых. «Возможно, это происходит путем подобной прямой психической передачи» (с. 301). Тогда можно предположить, что это первоначальный, архаический путь коммуникации между отдельными существами, который существует наряду с другими средствами сообщения при помощи знаков, воспринимаемых органами чувств. В страстно возбужденных массах, или при других условиях, это древнее средство выступает на первый план.

Фрейд предполагает, что телепатия, несмотря на ее трудную доказуемость, может являться довольно распространенным феноменом, в том числе и в душевной жизни ребенка.

Обобщая вышесказанное, мы можем констатировать следующее:

1. В течение жизни точка зрения Фрейда на сновидение менялась. Если вначале он был убежден, что почти каждое сновидение может быть понято как осуществленное желание (способ удовлетворения неосуществленного желания), то впоследствии он уточняет, что сновидение может являться только попыткой исполнения желания.

2. Если вначале Фрейд убежден, что «почти каждое» сновидение может быть понято с помощью его метода, то потом он уточняет, что нельзя понять сновидения с аффективными переживаниями (особенно чувство страха), разрушающими основную функцию сновидения - попытку исполнения желания.

3. Вначале Фрейд считал, что создателями сновидения являются физические раздражители, дневные переживания, разного рода мечты и бессознательное влечение, которое стремиться к  своему собственному удовлетворению. Это являлось смыслом всех сновидений. Потом он добавляет, что состояние сна особенно подходит для приема телепатических посланий, тем самым, расширяя список «материала» сновидения, придавая ему дополнительную функцию и дополнительный информационный источник.

4. Психоанализ при толковании сновидений вскрыл телепатические факты.

5. Занятия профессиональных предсказателей, согласно Фрейду, таят благоприятную возможность наблюдения за передачей мыслей, а их пророчества есть не что иное, как выражение мыслей, обратившихся к ним лиц, и особенно их тайных желаний, тем самым, сводя предсказание к телепатическим феноменам.

6. Особую роль в телепатических феноменах, как между отдельными людьми, так и в страстно возбужденных массах, Фрейд отводит эмоциональному фактору.

Литература:

Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции. - СПб.: Питер, 2001. - 384 с.

www.skravchenko.ru

Зигмунд Фрейд о сути наших снов

О том, что представляют собой наши сны, существует множество теорий, учений, философских рассуждений и прочего. Ответ на вопрос, как реагировать на наши сны и как их толковать, в разных источниках звучит по-разному, но цель у всех мыслителей одна – хотя бы на чуть-чуть приблизится к разгадке тайн наших сновидений, к их значению для человеческой жизни, к определению возможностей, которые даёт нам умение объяснить и использовать образы из наших снов в реальности. Сегодня рассмотрим одну из самых известных теорий о толковании наших сновидений, которую в своих научных работах описал австрийский психолог, психотерапевт и невролог – Зигмунд Фрейд.

«Толкование снов по Фрейду»

Посвятив свою жизнь практической психологии и изучению поведения индивидов, Зигмунд Фрейд затронул самые различные сферы жизнедеятельности человека, сделав определённые выводы, главным из которых является то, что любое невротическое состояние личности образуется посредством взаимодействия, как сознательных, так и бессознательных процессов. Важно отметить, что данный вывод практически напрямую касается и наших сновидений.

Проведя немалую работу, в 90-х годах 19 столетия Фрейд вплотную подошёл к изучению человеческих сновидений, их особенностей и причин возникновения, после чего вывел свою уникальную теорию и отобразил её в серии книг, главной из которых стала «Толкование снов по Фрейду», вышедшая в 1900 году.

В основе научных работ Фрейда лежала теория психоанализа, который в состоянии провести самостоятельно каждый человек для выявления взаимодействия сновидческих образов со своей реальностью.

Теория самостоятельного психоанализа сновидений

Как настоящий учёный, Зигмунд Фрейд подходил к решению поставленного вопроса о сновидениях с разных точек зрения. Он учёл мнения многих философов и мыслителей, но, как ни странно, главенствующей и самой близкой к его теории стало мнение любителей и неизвестных теоретиков, которые склонялись в своих рассуждениях к толкованию каждого отдельного образа или символа.

Теория Фрейда очень близка к этому. Она заключается в изучении и глубоком анализе каждого появившегося во сне образа, символа, ситуации и прочего. По мнению австрийского невролога, путём подробного психоанализа человек в состоянии выявить самые тонкие связи между образами в своих сновидениях и определить причину их возникновения. Чтобы доказать это, в своих научных работах Фрейд подробно анализирует свои сновидения и наглядно показывает, каким образом могут складываться связи, и как один образ может подменять другой, отображая реальность. При этом в каждом сновидении могут переплетаться, как последние события вашей жизни, так и события, которые происходили с вами достаточно давно.

Описывая свою теорию, Зигмунд Фрейд отмечает, что любое сновидение строится на двух основных и естественных для природы человека влечениях: сексуальном (стремление продолжить род, инстинкт самосохранения, любовь к жизни) и влечении к смерти (порядок вещей, круговорот жизни в природе, стремление к покою и равновесию).

Уникальность теории Фрейда

В своей теории Фрейд придерживается мнения, что случайные ассоциации человека, которые вызывают у него те или иные образы сновидения, не являются случайными. Именно поэтому, после пробуждения, человек должен заглянуть глубоко в себя и проанализировать, какую первую ассоциацию вызывает у него то, что он увидел во сне.

При этом Зигмунд Фрейд отмечает три основные составляющие, которые должен учитывать человек при самостоятельном психоанализе:

- Не все образы во сне являются ключевыми. Таких образов не много. То есть, не старайтесь при толковании рассмотреть каждый образ или символ, каждую ситуацию, так как многие из них являются просто фоном или связующим элементом для всего остального.

- Огромное количество всех образов и символов базируется на сексуальных потребностях человека, его мыслях и фантазиях.

- В любом сновидении есть моменты, которые, так или иначе, останутся недопонятыми.

Уникальностью теории Фрейда можно назвать тот факт, что толкование сновидения подбирается индивидуально для каждого сновидца. Вернее сказать, сам сновидец толкует своё сновидение, опираясь исключительно на свои ощущения, ассоциации, эмоции и чувства, а значит, получает максимально точный для себя ответ.

Сонник Фрейда

Теория Зигмунда Фрейда о толковании наших сновидений является одной из самых практичных и включает в себя обязательное сопоставление между снами и эмоциями, пережитыми в реальности. Приняв во внимание его учение, его мысли и предположения, безусловно, можно научиться, намного лучше понимать себя и свои сны.

sonan.ru

Толкование сновидений по Фрейду. Ключевые положения его теории.

Благодаря Зигмунду Фрейду подход к толкованию сновидений радикально изменился. Именно он поставил сны на одно из центральных мест в своей терапевтической работе. Перед вами — ключевые положения его теории.

«Каждый сон отражает осуществление какого-то желания (подавленного, вытесненного)», – писал Фрейд в книге «Толкование сновидений» (1900), которую он считал главным трудом своей жизни. Эту работу он создал на основании анализа собственных сновидений и всем желающим стать психоаналитиками советовал: «Учитесь понимать свои сны».

ГЛАВНАЯ ДОРОГА В БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ

Фрейд назвал сновидения «королевской дорогой, ведущей в бессознательное», и считал, что они позволяют нам приблизиться к пониманию самых сокровенных, недоступных сознанию желаний и фантазий. Он сравнил сон с ребусом, который мы должны разгадать. Это означает, что образы сна нужно рассматривать последовательно, один за другим, чтобы понять, какое содержание они скрывают.

Женщина, которая переживала из-за своих пышных форм, видит во сне полную корзину, которую ей некуда поставить. Здесь «полноту» корзины следует понимать как «полноту» ее фигуры. Какое же желание скрыто в этом сне? Женщина очень хочет избавиться от лишнего веса – это лишь одно из желаний, отраженных в сновидении. И за ним скрывается еще одно – она, напротив, хочет стать «наполненной», то есть забеременеть. Казалось бы, законное желание – почему оно подавляется? За ним кроется другое, менее приемлемое: в пять лет она мечтала иметь ребенка от своего отца.

ИСПОЛНЕНИЕ ЖЕЛАНИЙ

Какие же желания мы стремимся осуществить во сне? Прежде всего, это любые потребности, вызванные «соматическим возбуждением» (голод, жажда). У детей желания, оставшиеся неисполненными в течение дня, часто реализуются во сне. Такие сновидения Фрейд называл «непосредственными», в отличие от «искаженных», скрывающих наши «предосудительные» желания (например, связанные с инцестом, убийством родителя-соперника, изменой...), которые мы отказываемся признать и вытесняем в бессознательное.

ОЧЕВИДНЫЙ СМЫСЛ – ЭТО ТОЛЬКО ФАСАД

«При засыпании нежелательные представления всплывают по мере ослабления критического процесса», – писал Фрейд. Но все же они достаточно закамуфлированы, поэтому основное правило – не позволять сбить себя с толку явными образами сна, которые могут быть нейтральными или абсурдными. Ведь сознательное «Я» даже во сне осуществляет свою «цензуру» и не дает бессознательным образам со всей ясностью проявиться в сновидении. Когда такие элементы пересекают границу сознания, возникает тревога и мы просыпаемся. Только работа по анализу снов с помощью свободных ассоциаций по отношению к отдельным элементам «явного» сновидения помогает сделать их доступными для сознания.

СМЕЩЕНИЕ И СГУЩЕНИЕ

Чтобы не дать сознательному «Я» расшифровать наши запретные желания, бессознательное идет на хитрости и искажает их до неузнаваемости. Например, смещает акцент с эмоционально заряженного элемента на другой, менее значимый, и поэтому события, происходящие во сне, кажутся нам нейтральными. Отец, которому мы бессознательно желаем смерти из-за того, что мать «принадлежит» только ему, может появиться в облике судьи или другого служителя закона. Подобная тактика искажения истинных желаний называется «смещением». Другой способ – «сгущение» – объединяет нескольких людей или ряд предметов, имеющих сходные характеристики, в один, не вызывающий тревоги у сознательного «Я».

СНЫ ЭГОИСТИЧНЫ

Несмотря на обилие тем и персонажей, «сон – непременно эгоистичен». «Мой метод не дает универсального ключа для расшифровки сновидений, – объяснял Фрейд. – Я уверен, что одно и то же сновидение у различных лиц и при различных обстоятельствах может скрывать различные мысли». Иными словами, каждый из нас создает свои сны с помощью личного «кода», вплетая в них собственные смыслы, воспоминания. Когда Фрейд увидел во сне, что «написал монографию об одном растении», только он по ассоциации мог связать это с цветком цикламеном, что, в свою очередь, было напоминанием о его жене Марте. Никому другому не пришло бы в голову выстроить именно такие связи.

ОБ ЭТОМЭрнст Джонс «Жизнь и творения Зигмунда Фрейда» Наука, 1997.Энциклопедия глубинной психологии, Т. 1, МГ Менеджмент, 1998.

Источник: журнал Psychologies №23. Январь, 2008. "Революция по Фрейду".

anchiktigra.livejournal.com

Психоаналитическая теория сновидений З.Фрейда | ЦЕНТР ПРЕДВОСХИЩЕНИЯ

 "... Состояние сна особенно подходит для приема телепатических посланий...".

"Занятия профессиональных предсказателей таят благоприятную возможность наблюдения за передачей мыслей, а их пророчества есть не что иное, как выражение мыслей, обратившихся к ним лиц, и особенно их тайных желаний, тем самым, сводя предсказание к телепатическим феноменам".

З.Фрейд

Зигмунд Фрейд считал, что сновидение - это способ высвобождения неосуществленных желаний человека посредством его сознания без пробуждения физического тела. По его мнению, физические раздражители, дневные переживания и разного рода мечты воспроизводятся в реальном сновидении, трансформируясь в нем. Сновидение само по себе не возникает, а его появление связано с определенными проблемами, стоящими перед человеком, хотя это явно и не раскрывается в контексте сновидения. Почти каждое сновидение может быть понято как осуществленное желание, как альтернативный путь для удовлетворения требованиям бессознательного.

Исходя из детального анализа десятков сновидений, соотнося их с событиями жизни человека, Фрейд сумел показать, что деятельность сновидения - это процессы:

- сгущения- смещения (главное средство искажения сновидения)- отбора- искажения- трансформации- перестановки- перемещения и других модификаций первоначального желания.

Эти изменения делают модифицированное желание приемлемым для эго, если первоначальное желание было в целом неприемлемо для бодрствующего сознания.

В контексте психоанализа терапевт помогает пациенту в толковании сновидений, чтобы содействовать раскрытию у него бессознательных мотивов. Индивидуальные ассоциации, возникающие по поводу собственных сновидений, являются более важными, чем любой предвзятый набор руководств по их толкованию.

В 1932 году Фрейд написал ряд лекций, в которых он пересматривает теорию сновидений (2001, стр. 272). На сновидениях он доказал правильность психоанализа, в котором симптомы невротического заболевания имеют свой смысл, и служат какому-то намерению. Он провел полную аналогию между построением сновидений и невротических симптомов, считая процесс выздоровления аналогичным превращению спящего человека в бодрствующего.

Фрейд констатирует принципиальное различие между явным содержанием сновидения и его скрытыми мыслями (материалом сновидения), и считает, что сутью сновидения является процесс работы сновидения, а не его материал. Когда же путают сновидение с его скрытыми мыслями, то сновидение может представлять все, что содержат скрытые мысли, и может быть заменено ими (т. е., намерением, предостережением, рассуждением, приготовлением, попыткой решения какой-то задачи и т. д.). Таким образом, бессознательная работа мышления человека (скрытые мысли) не тождественна работе сновидения. Но именно из оценки скрытых мыслей сновидений мы узнаем, что все эти сложные душевные процессы могут проходить бессознательно.

Сновидение является краткой выжимкой из ассоциаций, а его элементы выступают как бы избранными представителями всего их множества. Ассоциации к сновидению еще не являются скрытыми мыслями сновидения, они лишь «касаются их намеками».

Столкнувшись с проблемой аффектов в сновидении, Фрейд признавал, что во всей теории сновидений этот момент самый уязвимый. Если сновидение является исполнением желания, то во сне невозможны мучительные ощущения. «При травматических неврозах все обстоит по-другому, здесь сновидения постоянно приводят к страху», и он не боится признать, «что в этом случае функция сновидения не срабатывает» (Фрейд, 2001, с. 285).

При всем этом он констатирует, что с помощью его метода можно толковать не все сновидения, «но столь многие, что это убеждает в пригодности метода». (2001, стр. 276).

Бессознательное влечение и есть создатель сновидения, его движущая сила. «Как и любое другое влечение, оно стремиться не к чему иному, как к своему собственному удовлетворению <…> это и является смыслом всего сновидения». По мнению Фрейда в любом сновидении влечение должно предстать как осуществление. Желаемое удовлетворение влечения переживается галлюцинаторно как реальное. Скрытые мысли сновидения драматизируются и иллюстрируются.

Если раньше Фрейд настаивал, что сновидение есть исполнение желания, то с учетом последних размышлений, он пришел к выводу, «что сновидение является попыткой исполнения желания» (2001, 286).

В тридцатой лекции, которая названа «Сновидения и оккультизм», Фрейд считает, что сновидения могут помочь в понимании такого явления как телепатия.

«Телепатией мы называем предполагаемый факт, когда событие, происходящее в определенное время, примерно в то же время осознается отдаленным в пространстве лицом, при этом известные нам способы сообщения нельзя принимать в расчет. Молчаливой предпосылкой является то, что данное событие касается лица, к которому другое лицо, принимающее известие, имеет сильный эмоциональный интерес» (2001, 289).

Телепатический феномен имеет мало общего со сновидением, он может возникнуть и в состоянии бодрствования. По мнению Фрейда, состояние сна все же кажется особенно подходящим для приема телепатического послания. Во сне телепатическое известие играет ту же роль, что и любой другой остаток дневных впечатлений. И как таковое оно оказывается измененным в результате работы сновидения, подчинившись ее тенденции.

Фрейд приводит пример сновидения, благодаря которому «явно интеллектуальный человек без малейших оккультных наклонностей» смог узнать о рождении близнецов у его дочери, которая проживала далеко от него, за сутки до того, как пришла телеграмма с сообщением об этом событии.

«Толкование сновидения показало нам, что это сновидение телепатическое, психоанализ вскрыл телепатические факты, которые мы иначе не смогли бы узнать» (с. 291). Фрейд убежден, что не сновидение дает нам какие-то знания о телепатии, а толкование сновидения, психоаналитическая обработка, и что применение психоанализа в дальнейшем «прольет некоторый свет на другие факты, называемые оккультизмом» (с.291). По его мнению, феномен индукции, или передачи мыслей, весьма близкий к телепатии, и означает, что «душевные процессы одного лица, его представления, состояния возбуждения, волевые побуждения могут передаваться сквозь свободное пространство другому лицу без использования известных способов сообщения словами и знаками» (с.291-292). Фрейд сообщает, что при лечении пациентов психоаналитическим методом у него сложилось впечатление, что «занятия профессиональных предсказателей таят в себе благоприятную возможность особенно безупречного наблюдения за передачей мыслей» (с.292).

Фрейд «собрал целый ряд таких пророчеств и из всех них вынес впечатление, что предсказатель выразил только мысли обратившихся к нему лиц и особенно их тайные желания, так что справедливо было бы проанализировать такие пророчества, как если бы они являлись субъективными продуктами, фантазиями или сновидениями этих лиц» (с. 293). Конечно, не все случаи одинаково доказательны, но «очень велика вероятность действительной передачи мыслей» (с. 293).

Фрейд приводит еще несколько примеров из собственной практики, анализируя все за и против, и признается, «что, по-моему, чаша весов и здесь склоняется в пользу передачи мыслей» (с. 300). И он не единственный из аналитиков, кому приходилось переживать такие «оккультные» случаи в аналитической ситуации. В 1926 году Елена Дейч «опубликовала подобные наблюдения и изучала их обусловленность отношениями перенесения между пациентом и аналитиком» (с. 300).

Фрейд считает, что объективное отношение к возможности передачи мыслей, а вместе с тем и телепатии, возможно с помощью психоанализа. Впервые Фрейд столкнулся с ними в начале 20-х годов и «испытал страх пред угрозой нашему научному мировоззрению». Через десять лет (в 1932 году) он уже думал по-другому, и считал, что передача мыслей благоприятствует распространению научного образа мышления на столь трудно постижимую духовную область. «Ведь телепатический процесс, должно быть, в том и заключается, что какой-то психический акт одного лица возбуждает тождественный психический акт у другого лица» (с. 301). Фрейд предполагал, что та сущность, что лежит между обоими психическими актами, легко может быть физическим процессом, и тогда аналогия с телефоном была бы несомненной. Он позволяет себе помечтать о том, что бы было, «если бы можно было бы овладеть этим физическим эквивалентом психического акта». Включив бессознательное между физическим и тем, что называется «психическим, психоанализ подготовил почву для предположения таких процессов, как телепатия» (с. 301).

Мысли Фрейда уходят на феномены осуществления общей воли в больших колониях насекомых. «Возможно, это происходит путем подобной прямой психической передачи» (с. 301). Тогда можно предположить, что это первоначальный, архаический путь коммуникации между отдельными существами, который существует наряду с другими средствами сообщения при помощи знаков, воспринимаемых органами чувств. В страстно возбужденных массах, или при других условиях, это древнее средство выступает на первый план.

Фрейд предполагает, что телепатия, несмотря на ее трудную доказуемость, может являться довольно распространенным феноменом, в том числе и в душевной жизни ребенка.

Обобщая вышесказанное, мы можем констатировать следующее:

1. В течение жизни точка зрения Фрейда на сновидение менялась. Если вначале он был убежден, что почти каждое сновидение может быть понято как осуществленное желание (способ удовлетворения неосуществленного желания), то впоследствии он уточняет, что сновидение может являться только попыткой исполнения желания.

2. Если вначале Фрейд убежден, что «почти каждое» сновидение может быть понято с помощью его метода, то потом он уточняет, что нельзя понять сновидения с аффективными переживаниями (особенно чувство страха), разрушающими основную функцию сновидения - попытку исполнения желания.

3. Вначале Фрейд считал, что создателями сновидения являются физические раздражители, дневные переживания, разного рода мечты и бессознательное влечение, которое стремиться к своему собственному удовлетворению. Это являлось смыслом всех сновидений. Потом он добавляет, что состояние сна особенно подходит для приема телепатических посланий, тем самым, расширяя список «материала» сновидения, придавая ему дополнительную функцию и дополнительный информационный источник.

4. Психоанализ при толковании сновидений вскрыл телепатические факты.

5. Занятия профессиональных предсказателей, согласно Фрейду, таят благоприятную возможность наблюдения за передачей мыслей, а их пророчества есть не что иное, как выражение мыслей, обратившихся к ним лиц, и особенно их тайных желаний, тем самым, сводя предсказание к телепатическим феноменам.

6. Особую роль в телепатических феноменах, как между отдельными людьми, так и в страстно возбужденных массах, Фрейд отводит эмоциональному фактору.

Литература:

Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции. - СПб.: Питер, 2001. - 384 с. 

ФайлРазмер
Freyd.jpg26.39 КБ

centr.skravchenko.ru

Толкование сновидений в теории Фрейда

Зигмунд Фрейд был первым, кто занялся научным анализом сновидений и дал им психологическое объяснение. Его учение противоречило традиционному их описанию, основанному на физиологической науке конца 19-го — начала 20-го века. Согласно ей, физиологи видели в сновидениях остаточную, хаотическую деятельность мозга. Фрейд, напротив, наделял их охранительной функцией, важной для психического здоровья.

К моменту теоретического осмысления сновидений, Фрейд уже построил модель психики, состоящую из трех инстанций,— сознательной, бессознательной и предсознательной. Бессознательная инстанция — источник инстинктивных желаний и влечений — находится иногда в мирных, но чаще в антагонистических отношениях с сознанием (последнее есть условие реализации всех влечений и желаний). Предсознательная инстанция выполняет функцию цензуры, она не пропускает в сознание те влечения и желания, которые отвергаются человеком из соображений нравственного или морального характера. Однако в период сна, утверждает Фрейд, действие цензуры ослабевает и даже «незаконные» (то есть вытесненные в сферу бессознательного) влечения и желания могут проникать в сознание. Но при одном условии, если они изменят свой облик. Вот эти замаскированные, зашифрованные бессознательные влечения (желания, мысли), явившиеся сознанию в виде символов и метафор, и есть, по Фрейду, наши сновидения. К слову интересно как бы теория Фрейда объясняла некоторые интересные феномены, связанные со сновидениями, например, почему нельзя спать напротив зеркала.

«Большая часть работы сна,— писал он,— заключается в создании подобных — часто очень остроумных, но часто также и натянутых промежуточных (символически замаскированных) мыслей; последние, исходя из общей картины сновидений, простираются до скрытых в сновидении мыслей, которые бывают различны по форме и содержанию и выплывают лишь при анализе сновидений».

Отсюда следовала центральная задача — проникнуть в скрытые, замаскированные мысли, желания, влечения, символически и метафорично выраженные в сновидениях. Их сюжеты и темы нужно было интерпретировать как бессознательные, подавленные желания. Но как это сделать? Решая задачу, Фрейд, в конце концов, приходит к утверждению, что бессознательные влечения — это сексуальные инстинкты, которые подчиняются определенной «логике» и законам (комплекс Эдипа, комплекс Электры, явление переноса и другие). Фрейду потребовался целый словарь дешифровки символов и метафор сновидений (длинный предмет обозначает фаллос, круглый — лоно и т. д.).

Свою теорию сновидений и психоаналитический метод Фрейд, применяет, в частности, при анализе вещих и телепатических сновидений. Как мы видим, он стремится оставаться на почве науки: отсюда строгий отбор фактов, требование придерживаться скептической точки зрения, отказ рассматривать собственный отрицательный опыт в отношении вещих и телепатических снов как научный аргумент. Это же желание заставляет Фрейда принять гипотезу (но с оговорками) о возможном существовании телепатии и о связи ее со сновидениями. Тогда, говорит Фрейд, мы имеем надежду объяснить многие реальные наблюдения, которые в противном случае не нашли бы теоретического осмысления. Однако судить о существовании телепатии, считает Фрейд, можно лишь косвенно, если принять психоаналитическую интерпретацию неосуществившихся сновидений (пророчеств).

Признавая, что телепатическое послание может спровоцировать определенное сновидение Фрейд, однако, отвергает прямую телепатическую интерпретацию сновидений, видений, воспоминаний и переживаний. Спрашивается, почему? С точки зрения его теории, телепатическое послание никогда не может быть воспринято сознанием адекватно (ведь сновидение всегда зашифровано), поэтому об истинном бессознательном влечении, каким бы оно ни было, человек не догадывается; следовательно, и подтвердиться оно для человека не может.

Здесь мы подошли к одной важной особенности фрейдовского истолкования сновидений. Его объяснения часто возмущают: почему он все время подозревает своих пациентов в сокрытии разного рода неблаговидных помыслов, желаний, а то и решительно разоблачает их? «Ее собственные высказывания, — читаем мы, — решительно противоречат нашим выводам, сделанным с помощью психоанализа, согласно которым чувственные переживания переполняли ее уже в довольно незрелом возрасте. Сопровождались они сильной ненавистью к матери, младшим братьям и сестрам…» В чем дело, может быть, Фрейд был человеконенавистником? Конечно, нет. Но он был твердо уверен, что человек и культура (общество), сознание и бессознательное находятся в принципиально конфликтных отношениях.

Описывая механизм сновидений, Фрейд, например, говорит об «элементе демонизма», в соответствии с которым отношения между бессознательной, предсознательной и подсознательной инстанциями каковы, «будто одно лицо, находящееся в зависимости от другого, желает сказать то, что последнему неприятно слушать».

Теперь о вещих и телепатических сновидениях. В рамках своей теории вещие сны Фрейд решительно отрицает, телепатические — допускает как гипотезу, то есть сводит их к зашифрованным бессознательным (хотя и спровоцированным полученными телепатическими сообщениями) влечениям. Однако нет дыма без огня — есть сновидения, которые действительно сбываются. Здесь необходимы некоторые пояснения. С нашей точки зрения, сновидения — это полноценная форма жизни человека, обеспечивающая реализацию (осуществление) приостановленных, блокированных по разным причинам в бодром состоянии желаний и влечений человека. Желаний любых — и сексуальных и не сексуальных, желаний, глубоко травмирующих человека (и психические его структуры, и физиологические), желаний-программ, которые обязательно должны быть размонтированы, прожиты психикой.

Во сне человек не только защищен от «наплыва» очередных событий — свободна его психика, свободно его сознание, не контролирующее этих событий. В результате складываются идеальные условия для реализации блокированной психической активности. Что же она собой представляет, ведь человек не получает впечатлений от внешнего мира и не может действовать? Вспомним, что говорил Сеченов: «Сновидения — это небывалая композиция бывалых впечатлений». Или Гильдебрант: «Сновидения черпают свой материал из того, что человек пережил внешне или внутренне». Для психики в период сна нет различия между тем, что «есть», и тем, что «было», между «явью» и «воспоминаниями», между «реальным» и «миражом»; весь прошлый опыт человека может снова ожить как впечатления от внешнего мира, как актуальные действия и переживания. Блокированные в бодрственном состоянии желания и устремления человека заставляют его психику выстраивать особый мир — такая реальность сновидений не только оживляет прошлый опыт человека, но и конструирует его таким образом, чтобы приостановленные желания были реализованы (прожиты).

Что такое вещие сны? Вспомним, как мы обычно воспринимаем мир? Не только на основе чувственных данных (зрения, слуха и т. д.). Воспринимая окружающий мир, человек осмысляет, интерпретирует, программирует. Но иногда именно сновидения используются психикой в качестве схемы осмысления, интерпретации и программирования окружающего мира событий. В этих крайне редких случаях человек может как бы узнать, вспомнить виденное им во сне, но как то, что он видит перед собой. Эти сны вещие только в том смысле, что человек принимает свой внутренний мир сновидений за мир внешний, стоящий.

Автор: В. Розин.

waking-up.org